Я прижался к окну, вглядываясь в темную ночь, сосредоточившись на том, как напрягся мой пах, на желании, шевелящемся в моих внутренностях, на темном голоде, который кричал громче, чем печаль и вина.
⠀⠀⠀⠀Когда Валентина наконец появилась, я уже балансировал на краю пропасти. Она прочистила горло, заставив меня обернуться и посмотреть на нее, одетую в ночнушку цвета сливы, обтягивавшая ее изгибы. Она оказалась элегантнее и скромнее, чем я ожидал. Когда мой взгляд наконец остановился на ее лице, я понял, что сегодня ночью не найду выхода своей сдерживаемой ярости, и не потому, что Валентина не отвечала на мои требования, а потому, что я не мог позволить себе вести себя подобным образом по отношению к моей жене, не тогда, когда она смотрела на меня с намеком на неуверенность и застенчивость, а еще хуже — с надеждой.
"⠀⠀⠀⠀— Ты можешь ложиться. Я приму душ.
⠀⠀⠀⠀Эти слова прозвучали как приказ, но я не взял их обратно, когда направился в ванную и закрыл дверь от смущенного лица Валентины.
⠀⠀⠀⠀Я развязал свой галстук и швырнул его на пол, прежде чем с той же силой снять оставшуюся одежду.
⠀⠀⠀⠀— Мне завтра рано вставать, — сказал я, выключая свет.
⠀⠀⠀⠀Ровное дыхание Валентины звучало рядом со мной, и ее запах все еще дразнил меня, но в темноте прошлое было сильнее моего желания, когда воспоминания вновь всплыли на черном полотне ночи. Худое лицо Карлы, ее хриплый последний вздох, страх и отчаяние в глазах и, наконец, облегчение, когда все это закончилось.


















Комментарии
Добавить комментарий