— Ты прав, старик — после боя удивленно нарушил я свое долгое молчание — Они другие… неужто ему удалось? Замысел оправдался спустя два столетия?

Атаковавшие меня шурды выглядели иначе. Никакого корявого телосложения и уродливых лиц. Фигуры ладные, почти все пальцы на месте, спины прямые, большие глаза и широкие ноздри. Новое поколение, вся эта шурдская семья была непохожа на обычных гоблинов, но и не походила на обычных шурдов. В чем-то эти детишки были даже красивы. А проживи они еще десяток лет и обзаведись собственными детьми — от так же выглядящих отцов и матерей — возможно на свет появились бы совсем иные шурды. Страшные шурды. Быстрые, сильные, выносливые, умные и никогда ничего не забывающие. Меня невольно пробрала дрожь, когда я представил десяток тысяч таких созданий, обживающих Дикие Земли — на это понадобилось бы чуть больше ста лет, если плодовитость шурдских самок не упадет и эти положительные изменения закрепятся в поколениях."

"Тарис был прав, когда калечил несчастных гоблинов и напитывал их темной магией? Этот глупый принц все-таки сумел создать самую настоящую новую расу, сильную и жестокую, способную на многое?

Если и так, то я сломал его двухсотлетнюю затею. Когда я уходил, на полу валялась изрезанная кровавая тряпка бывшая моей еще недавно столь чистой рубашкой, а прямо за ней — десятки шурдят навсегда замерших в мертвой недвижимости. Нет уж, твари. Вам не вырасти! Вам не отрастить клыки! И не явиться потом с оружием к нашему поселению!

— Есть ли еще такие, Шлеп? — вопросил я, опуская в протянутую ко мне дрожащую ладонь еще горячее молодое шурдское сердце — Полакомься, восстанови силы.

— Есть! Есть! — прочавкал тот, вгрызаясь в податливую и брызжущую кровью плоть — Есть! Немного, но есть!

— И хорошо, что немного — едва заметно улыбнулся я — Самый первый род, да?

— Да! Ты убил самых лучших! Молодую здоровую поросль! И я рад! Рад! Ведь мерзкие крыс-сята считали меня старым уродцем, ходячей закус-ской! Я вряд ли пережил бы эту ночь… либо с-смерть от клыков с-склирсов, либо с-смерть от рук потомков… в них есть и моя кровь!

— Ты тоже из первого рода?

— Боковая ветвь… дальняя… умершая… мне не дали с-самку! Не дали! А я просил! Ведь и я с-сражался! Почему они не дали мне продолжить род? Нам вот сюда, чужак. Пригни голову. Ты высок. А с-своды здесь низкие… впереди тебя ждет новая кровавая тризна…

Так и мы шагали по городу шурдов. Я со старательностью и тщательностью довершал начатое Тарисом дело — вырезал здесь все живое. Комната за комнатой, тупик за тупиком, нора за норой. Старый Шлеп знал свое дело. Его совершенная память единственное, что не подводило в его дряхлом теле.