Последнего из противников мне удалось прижать к земле, найти дыру в его броне и выпить всю жизненную силу. Капля в море… Но раны быстро заживали, я почувствовал прилив сил. Я бы долго так простоял на коленях, но моих ноздрей вновь настиг едкий запах гари, и тяжело поднявшись, я принялся действовать. Я точно знал, что мне следует сделать.

Сначала выкачать жизненную силу из пяти ходящих вокруг лошадей. Затем проверить тщательно все тела на признаки жизни и если есть ранены — убить их. Эту часть дела я завершил быстро. Затем нашел сумку наполненную тяжело звякающим металлом.

Клещи, молотки, прочий инструмент. Выбрав наименее заляпанного кровью ниргала, я принялся сбивать с него доспехи. Моя сила помноженная на прекрасное знание особенностей этой брони позволили завершить все в кратчайшие сроки. Прижав ладони к нагрудной броне, я воспользовался магическим даром Крепителя. Отдернул руки от моментально нагревшегося металла.

Теперь одежда. Наскоро обтерев с тела кровь, я сорвал с одного трупа целые штаны, а с другого крепкую кожаную куртку. Оделся. Аккуратно обмотал ступни нарезанными из плаща лентами материи.

И заученными движениями начал снаряжаться в столь привычную мне тяжелую броню безмолвных воинов. Без чужой помощи получалось не очень, но я старался изо всех сил, понимая, что мне необходима защита."

"Времени ушло много. Но я справился. Опустил на голову массивный шлем, вновь взглянул на мир сквозь бойницы смотровых щелей. С шумом выдохнул, повел плечами, сделал несколько шагов. Неплохо. Не хуже моего старого доспеха. А может и лучше.

Опустившись на колено, выпотрошил несколько сумок и с облегчением обнаружил в них небольшой запас съестного — понятное дело, копался я в сумках людских, а не шурдских.

Я не желаю вкушать вяленую человечину.

Содрав шлем, запихнул в рот кусок одуряюще пахнущего ноздреватого хлеба, с наслаждением прожевал. Забросил на плечо сумку с ниргальими вещами. Флягу потом выброшу. К чертям эту жидкую кашу. Инструмент пригодится. Нацепил черный плащ, придирчиво проверил длину. Плащ не совсем черный — по его краям идет темно-красная широкая полоса. Уж не знаю, что это значит. Может Истогвий и здесь предпочел выделить «своих» из чужих? Возможно. А мне без разницы — просто без плаща в лесу туго.

Забросив в сумку остатки еды, я огляделся, проверив, не упустил ли чего. Вроде все в порядке. Лошадь мне не нужна, я куда выносливее, плюс животина может выдать себя ржанием, а я теперь один и должен превратиться в безмолвную тень.

Я уже собрался уходить, когда услышал далекие голоса, быстро приближающиеся ко мне.

Кричат люди. В их голосах звучит не страх. А лишь сильная тревога смешанная со злостью. Это точно не воины Тариса, это не поганые шурды и не хлипкие гоблины.