* * *— Я тебя убью, — шипела Милана, торопливо и неловко пытаясь попасть в рукава пальто. — Задержка три недели! И ты даже не соизволила сделать тест! При этом я в твоем присутствии курила как паровоз, ты со мной пила эту зеленую мятную мерзость… О господи боже мой! — Милана сердито пнула ботильоны — а потом наклонилась, чтобы обуться. И оттуда, стоя вниз головой, бормотала. — Бедный, бедный мой племяш. Мамаша чокнутая, папаша тоже не подарок. Только на тетку одна надежда. — Милана разогнулась, дернула ворот пальто. — Так, я в аптеку за тестом. Ставь чайник. Узнаю, что пила вино — откручу голову.

* * *— Светка, бери тесты и иди туалет писать! — закричала Милана от порога. — Я взяла три разных. Чтобы наверняка. И аскорбинку с гематогенкой будущей матери.

— Не пойду, — Света привалилась плечом к косяку.

— Так, не начинай.

— Уже не надо, Милан.

Милана несколько секунд смотрела на нее молча, буравя своими черными глазами. А потом скинула на пуфик пальто, сверху бросила тесты. И аскорбинку с гематогенкой.

— Что, вот прямо только что?

Света безучастно кивнула. Она не понимала, что сейчас чувствует. Облегчение, радость или, наоборот, разочарование? Мысль о том, что она может быть беременна от Артура, просто сводила ее с ума.

А ведь могла, да. Та последняя ночь перед его отъездом… Она была настолько отчаянно-страстной, что о предохранении никто не вспомнил. И Светлана могла забеременеть. Эта мысль просто сводила с ума. Артур может остаться с ней из-за ребенка. Потому что он, в отличие от отца, своего ребенка не бросит. Ни при каких обстоятельствах. Это Света знала твердо. Он останется с ней. Не из-за нее, даже вопреки ей, Светлане. А только потому, что она беременна его ребенком.

Уже нет."

"— Я так понимаю, вместо тестов на беременность надо было прокладок купить? — прервал ее размышления голос Миланы.

— Не надо. Дома есть.

— Тогда пошли пить чай, — Милана первая шагнула в сторону кухни. И вздохнула, поравнявшись со Светой и положив ей руку на талию. — А я уже успела имена придумать…

* * *Вино так и осталось практически нетронутым. Они пили чай с контрабандным печеньем из дьюти-фри и говорили о работе. Это была единственная безопасная тема — после всего, что произошло только что.

Тем более, им было, что обсудить.

— Слушай, а расскажи про свою маму, — вдруг спросила Милана. — Раз уж мы про нее сегодня вспомнили.

— А что рассказывать? — пожала Света плечами. — Мама как мама. Нет, — исправилась, — хорошая у меня мамка.

— А папка? — в тон спросила Милана.

— А нету, — снова пожала плечами Света. — В смысле, он есть. Даже в свидетельстве о рождении есть. Точнее, только там и есть. Нет, даже алименты какое-то время платил. Но я его не помню. Они разошлись, когда я совсем маленькая была.