Не исключено, что к ней вновь прорвались репортеры - они все еще пытались взять у нее или помощника интервью.

- Я посмотрю, кто там! - Денис подскочил к двери первым."

"Ольга вяло кивнула и склонилась над документом. Если журналисты и сделают снимок - пусть в объектив не попадет ее лицо. Лучше сгорбленный судья на реальном снимке, чем ее лицо, приклеенное к чужому телу в неприличной позе.

Денис с минуту объяснялся с кем-то на повышенных тонах. Затем вернулся в кабинет и сообщил:

- С вами хотят поговорить. Это не журналисты.

- Хорошо, пригласи, - махнула рукой Ольга.

Глава 12

В кабинет вошел адвокат Николаевой - пожилой мужчина с фигурой Карлсона и взглядом цербера. Этого типа меньше всего ожидала увидеть Ольга. Хотя, предполагала, для чего тот явился.

- Мы можем побеседовать наедине? - спросил адвокат у судьи и демонстративно тряхнул пухлым кожаным чемоданом.

- Мне выйти? - уточнил Денис и попятился к двери.

- Останься, - распорядилась Ольга и сверкнула глазами на адвоката. - Если вы по поводу вашей подзащитной, то напрасно стараетесь. Правосудие не продается, по крайней мере - в моем лице.

Адвокат не растерялся.

Расстегнул нижнюю пуговку на пиджаке и, не дожидаясь приглашения, уселся в кресло для посетителей. Небрежно закинул ногу на ногу.

- Милейшая Ольга Николаевна, да кто же говорит о взятке? - возмутился наигранно. - Как вам в голову такое могло прийти. Я всего лишь хотел предложить посильную помощь. Например, с жилищным вопросом. Не век же пользоваться служебной квартирой.

- Нет! - ответ Ольги прозвучал как пощечина. - Если это все, что вы хотели сказать, прощайте.

Адвокат обвел взглядом помещение, выискивая камеру или другие признаки того, что за ним наблюдают.

Покосился на Дениса, но тот все еще стоял у двери - на случай, если придется вмешаться. Напряженная поза, сложенные на груди руки, строгий взгляд, сведенные к переносице брови - помощник явно был готов к решительным мерам.

- Так вот, о делах, - продолжил речь адвокат, не вняв просьбе судьи. - Я не предлагаю ничего, всего лишь взываю к вашей человечности. Моя подзащитная, молоденькая девочка, запуталась, поддалась влиянию извне - вы же понимаете... Ей можно и нужно помочь.

Ольга откинулась в кресле, сложила руки в замок и посмотрела недоверчиво.

Горькая усмешка исказила ее чувственные губы.

- Вы говорите о жалости, а меж тем ваша подопечная так и не соизволила признать вину, не оказала содействие следствию. И тем более не вернула присвоенные средства.

- Подумаешь, - фыркнул адвокат. - Ну, потратила на обновки и сладости.

- Несколько миллионов? - уточнила Ольга и скептически приподняла одну бровь.

- Ольга Николаевна, вы тоже мать, - адвокат сменил тактику, - и должны понять, что в жизни детей может произойти всякое.