- Мне не хочется расстраивать вас новостями, но я должна, - решилась Ольга.

Героида приложила ладонь к груди, предчувствуя беду.

- Как знала... как знала... - прошептала едва слышно.

- Виктора похитили, - проложила Ольга и поморщилась от боли, пронзившей сердце. - Вчера вечером...

Глаза председателя налились гневом. И следа не осталось от бледности и усталости. Героида ударила кулаком по столу так, что подскочили папки, стопки бумаг и пустая чашка.

- Да как же так! - воскликнула председатель. - Ведь наш мальчик был надежно спрятан. Неужели даже спецслужбам нельзя доверять? Ну, ничего, найдем на похитителей управу. Да я! Да мы!..

- Спецслужбы тут не при чем, - вступилась Ольга. - Это я не проследила за сыном. Увлеклась собственными чувствами, потеряла бдительность и... В общем, я согласилась на условия шантажистов. И выполнила их условия.

- Что ты сделала?! - ужаснулась Героида.

Опершись кулаками о стол, поднялась и угрожающе нависла над подчиненной. Пригвоздила к месту тяжелым взглядом.

- Я изъяла из дела документы, подтверждающие вину Николаевой, - на выдохе выпалила Ольга. - И сожгла.

Грозный вид председателя не испугал и не заставил усомниться. Сын дороже карьеры и уважения коллег. Ольга сожалела, но не могла поступить иначе.

Героиде вновь стало плохо. Первый запал быстро прошел, уступив место усталости и огорчению. Вновь приложив руку к груди, председатель поморщилась и вернулась в кресло. Спрятала лицо в ладонях и помотала головой.

- В случившемся есть и моя вина, - произнесла глухо. - Я старше и опытнее, но тоже не предугадала такой исход ситуации. Не оградила тебя и Виктора от опасности. Пора сдавать бразды правления кому-то помоложе. Сдала я позиции, ох, сдала...

- Неправда! - возразила Ольга. - Как раз вы-то сделали все, что смогли. А документы... Николаеву все равно привлекут к ответу, правда?..

Она с надеждой посмотрела на председателя, дождалась кивка и облегченно выдохнула.

- Конечно, дело затянется на неопределенный срок, - добавила Героида. - Но отсрочка у Николаевой будет. И я не позволю ей и ее защитникам избежать наказания. Пусть это будет мое прощальное дело. Последний, дембельский аккорд!..

Ольга едва не зааплодировала председателю. Ее смелости и решительности можно было лишь позавидовать. Героида точно не остановится и доведет дело до конца. И Ольга, пусть и убитая исчезновением сына, не могла не восхититься начальницей.

- Полагаю, меня отстранят от должности судьи, - произнесла Ольга, стараясь сдержать дрожь в голосе. - Или написать заявление об уходе?

Героида потеребила ониксы и с жалостью посмотрела на подчиненную. В ее глазах не было гнева председателя, только чисто женское сочувствие и понимание.

- Пока не получила обвинительный приговор - невиновна, - заявила председатель.