Он заезжал к своему дяде как раз в те дни, когда тот не вылезал из библиотеки. Впрочем, ради племянника Кен-Нецци все же оставил ненадолго общество книг. Посидели в гостиной, испили вина, и в конце их разговора Кен-Нецци вдруг стал, как пишет племянник, таинственно намекать, что вскоре их род может невиданно возвыситься, стать более могущественным, чем королевская династия. Потому что, де, король ходит лишь по одной земле, а мы будем ходить по двум. И для второй земли мы будем брать, что родит только первая, а для первой – от второй. И таким образом станем нужнее любых королей.

Племянник решил, что дядя слишком переутомился от такого непривычного для него занятия, как чтение, и поспешил уехать из замка. Больше он дядю не видел.

Между прочим, место, где Кен-Нецци и ученый-энциклопедист Дол-Бати проводили раскопки и какие-то опыты, хорошо известно. Воронка, разумеется, сохранилась, хотя и изрядно заросла. Вот такая история. На мой непрофессиональный взгляд, вполне экранизуемая. Кое-что домыслить, кое-что присочинить, приплести трагическую любовь и мага Визари – и выйдет преотличнейшая лента, обреченная на успех.

Ректор Пер-Дигостан промочил горло, отхлебнув остывший иджиго, затем выколотил трубку и принялся набивать ее по новой."

"– Между прочим, – раскурив трубку, продолжил ректор, – секта Ожидающих, о которой говорил мой коллега, мне тоже известна. Перебивать я не стал, хотя могу дополнить его рассказ одной красочной подробностью, которая, вероятно, пригодится будущей ленте. Коллега завершил свое повествование на том, что сообщил об исполнении пророчества в этом году.

Но почему именно в этом году, а не в каком-то другом, коллега так и не сказал. Может быть, он просто забыл сообщить ответ, тогда я с удовольствием умолкну и предоставлю ему возможность закончить рассказ.

Момент своего маленького триумфа ректор отложил напоследок и сейчас явно наслаждался замешательством молодого человека.

– Итак, я понимаю, продолжать придется мне, – сказал он, выдержав паузу – Охотно. Пророчество Ожидания должно исполнится в этом году потому, что именно в этом году откроется Око Бога.

– Что откроется? – спросил Сварог как можно небрежней, хотя внутренне напрягся.

И скосил глаза на верх-советника – тот тоже сидел, абсолютно невозмутимый с виду. Ну еще бы: с таким-то опытом в политике…

– Как вы изволили выразиться, господин Ар-Сварг, все пророчества туманны. Что подразумевали составители пророчества под Оком сказать трудно, – ректор пожал плечами. – Может быть, особое расположение небесных светил или некий предмет, наделенный магическими свойствами, или даже некую словесную формулу.