Я возвращаюсь в тачку. По дороге опять прокручиваю сложившийся расклад. Мои люди пока не нашли никакой связи между мачехой и Воронцовым. Нет встреч, нет ни единой зацепки. Но я понимаю, что в случае с таким хитрым уебком это ни черта не значит.

Воронцов заказал собственную семью. Грохнул всех Басаевых. С моральной точки зрения он сделал миру хорошую услугу. Но блять, сопливый пацан вдруг нанимает киллера. Такое мало кто способен провернуть. Такое еще и мало кому придет на ум. Бьюсь об заклад, наша реальность станет только лучше, когда этот мутный гад отправиться в пекло к своей родне.

Я знаю, придется сыграть. Придется войти в мир, от которого меня заранее воротит. Это единственный путь.

Мудаки из высшего общества. Просто охуительно. Я собственного отца с трудом выносил, а там есть уроды похлеще.

И на что надеется Воронцов? Я буду выполнять его приказы? Буду двигать ту повестку, которую он навяжет?

Никогда. И этот уебок не настолько наивен, чтобы этого не понимать. Его тактика в другом.

Наши идеи будут совпадать. Он уже проталкивает тему того, как много между нами общего. Но блядь, нихуя. Между нами пропасть. И конечно, настанет момент, когда мы схлестнемся.

Воронцов много вложил в эту историю. Подделал биографию моей матери, да так четко и лихо, что гребаные аристократы на это купились. Разумеется, мой ублюдочный папаша никогда не думал о разводе. Но легенда вышла крутая. Мачеха представлена главной стервой, а кукловод остался за кадром и почти не огреб. Те пару царапин, которые я ему нанес, никак не закрыли его счет. Я раскатаю ублюдка, только потребуется время.

– Ты слышал что-нибудь про эти аристократические балы? – спрашиваю Тимура после того, как ставлю его в курс дела. – Это связано с Ахметовым? Или с вашим Советом?

– Нет, – бросает мрачно. – Звучит похоже. Но в наш Совет не входит никто из Европы. А в “Табула Расу” вход никогда не был по чистоте крови, по титулам. Там есть аристократы, только происхождение далеко не главное правило.

– Я так и думал.

– Я слышал, что есть еще одна мощная организация. Абсолютно закрытая. Под них Ахметов копал. Он недавно на их след вышел. Я сейчас занят выборами, поэтому фоном вникал. Но раз такое дело, то выясню больше.

– Давай. Любая информация важна."

"Точно судьба стебется. Всю жизнь я строил так, чтобы оставаться вне правил, вне гребаных систем. Кто бы сказал, что войду в закрытый клуб аристократов? Еще и по доброй воле. А тут вариантов нет, надо изучить изнутри и развалить, уничтожить под корень.

– Воронцова трогать нельзя, – говорит Тимур.

– Знаю, – скалюсь.

Нет резона продолжать это обсуждения. Мы и без слов друг друга понимаем. Впереди еще будут бои. Настоящая война. Но сила всегда у того, за кем стоит правда.

Воронцов уверен, что изучил меня от и до.