Задница — чистое мужское совершенство. Потом я увидела жилет. Меня будто окатило ледяной водой."

"Что, черт возьми, происходит? Как я впустила его в дом? Незнакомец и байкер! Байкер, к которому меня слишком влечет и я теряю все разумные мысли.

Я спустила ноги вниз, спрыгнула со стойки, готовясь схватить телефон или, может быть, какое-нибудь оружие. Я не была готова к ослепляющей боли в пятке, когда, наступив на нее, вдавила стекло еще глубже.

— Ой, — прошипела я.

— Воу, милая.

Руки Кейда обхватили меня за талию, возвращая на прежнее место. Я проигнорировала покалывание там, где его руки соприкасались с моей кожей.

— Наверное, не самая лучшая идея — пытаться ходить со стеклом в ноге.

— Ну, думаю, незнакомый байкер, оказавшийся в моем доме посреди ночи — вероятно, идея похуже, поэтому я выбрала меньшее из двух зол, — прошипела я.

— Эй, детка, я не злой, ну, во всяком случае, в данный момент. — Его глаза вспыхнули. — Я не причиню тебе вреда, — твердо сказал он и подошел к концу стойки, чтобы взглянуть на мою ногу, наклонившись, чтобы рассмотреть поближе.

Его рука нежно коснулась поврежденного места, и я отпрянула от его прикосновения.

Серые глаза встретились с моими.

— Я же сказал, что не причиню тебе вреда. Я хочу помочь.

По какой-то странной причине, возможно, из-за вина или, что более вероятно, из-за потери крови, я поверила ему, расслабившись от его прикосновений.

— Вот так, детка. — Секунду он смотрел на меня, а затем вернулся к осмотру. — Да, рана довольно приличная, — пробормотал он, доставая из аптечки пинцет и антибактериальные салфетки. — Будет больно.

— Думаю, я справлюсь.

— Стекло засело довольно глубоко, и мне придется воспользоваться антибактериальным спреем, а эта штука чертовски жжется, — сказал он, изучая аптечку первой помощи.

— Да, уверена, у тебя достаточно опыта в дезинфекции колотых ран и пулевых ранений. — Я хмуро смотрела на его макушку.

— О да, детка, ты можешь только представить, с чем мне приходится иметь дело. Я просто не хочу причинять тебе боль.

Его грубое лицо было удивительно нежным, он изучал меня, баюкая мою ногу в своих гигантских ладонях. Знаете, что говорят о больших ладонях... стоп, Гвен, сосредоточься!

— Со мной бывало и похуже, — отрезала я, не сумев скрыть легкую дрожь в голосе от близости этого мужчины, который оказывал на меня такое тревожное воздействие.

Я сосредоточилась на ноге, которая ужасно болела, и попыталась отвлечься, устроив Кейду допрос.

— Какого черта ты вообще делал возле моего дома посреди гребаной ночи? — спросила я, скрестив руки на груди, мысленно поздравляя себя с тем, что затронула такую разумную тему.

— Просто выполнял свою часть работы, патрулируя район, детка, — ответил он, не поднимая глаз.

— Ага, а свиньи умеют летать.