За чисткой картошки и другими занятиями шёл своеобразный культурный обмен в виде обращения к песенному фольклору, но чаще просто велись долгие разговоры о довоенной жизни.

– А откуда ты, Володя? – вырезая глазки у картофелины, интересовался у Аверкина Миша Ястребов, светловолосый красавец с тонкими чертами лица.

И начинался подробный рассказ о родных местах рязанского паренька, в котором нет-нет да проскакивали ностальгические нотки. Каждый скучал по дому и близким.

– Село Берёзово Михайловского района. Слышали про такое?

– Я думаю, сёл с таким названием на наших бескрайних просторах и не сосчитать.

Но название красивое, ничего не скажешь.

– Наверное, и природа под стать? – вопрошал Ануфриев, питавший давнюю слабость к животному и растительному миру, особенно средней полосы России.

– Ты прав, природа у нас изумительная. Больше скажу – просто чудо, а не природа! Летом всё утопает в зелени. В речушке чистейшая вода. В селе ещё три пруда. Из деревьев в основном клёны да липы. И ивы ещё. Красотища!

– Странно, Берёзово, а берёз нет! – удивился Володя Захаров, совсем ещё юный боец, попавший в бригаду чуть ли не со школьной скамьи.

– Извели берёзовый лес. Лет сто уж как. А название осталось.

– Неужели такое старое село? – не унимался Захаров.

– Если мне память не изменяет, основано ещё в середине прошлого века.

– И большое?

– Когда уезжал, было больше четырёхсот дворов. И народу проживало тысячи две с половиной.

– Да, крупное селение! А сами селяне чем промышляют? – опять включался в разговор Ястребов.

– Хлебопашеством в основном. Овощи, опять же, выращиваем. А ещё камень у нас всегда добывали отменный. Для постройки домов – самое оно. Народ мастеровитый – печники, бондари и прочие.

После коллективизации первые трактора появились, комбайны. Потом МТС организовали. Растёт моё Берёзово, развивается. Это я вот, вишь, блудный сын, в Москву подался. – Он виновато улыбнулся.

– Чего ж тебе там не жилось? Приключений захотелось?

– Ну да, жизни бурной, интересной. Профессией, опять же, овладеть полезной.

– Что ни говори, а с профессией ты угадал. Самая востребованная сейчас. Как тебя вообще отпустили? У железнодорожников же бронь.

– В том-то и дело, что не успел я стать полноценным железнодорожником, только обучение начал.

К тому же в райкоме комсомола бил себя в грудь, дескать, спортсмен и охотник. Так и проскочил. А мои ребята в депо сейчас действительно пашут не покладая рук. Эшелоны идут сплошным потоком.

– Это точно. Эвакуация… – с сожалением вставил Захаров.

– А как вообще в город переехать сумел? Насколько я знаю, не отпускали же из колхозов. – Женя Ануфриев был посвящён в дела деревни, поскольку какое-то время прожил в Подмосковье.

– О, это целая история. Идея-то появилась давно.