«До чего же нелепый разговор, когда оба мы обнажены», — подумал Лука, борясь со вспышкой гнева.

Корделия вдруг почувствовала себя уязвленной. Луке, очевидно, было наплевать, одет он или нет. Она посмотрела на него и почувствовала, как ее тело напряглось от непрошеной реакции, и прищелкнула языком. Это ведь надо! Ей только что дали отставку, не особенно подбирая слова, и последнее, что она должна была сделать в качестве ответа, — это испытать возбуждение.

— Ты знаешь?

Корделия стиснула зубы и, не обращая на Луку внимания, вскочила на ноги и поспешно натянула купальник, который был с таким энтузиазм сброшен меньше часа назад.

Так было гораздо лучше.

— Ну конечно. — Ее голос теперь звучал более спокойно, пульс не частил, и волнение улеглось. — Если бы ты не тонул…

— Не напоминай мне, — перебил Лука. — У мужчин хрупкое эго, когда речь заходит о таких вещах.

— Если бы ты не тонул, мы бы никогда не встретились. Но вот ты здесь, и я не думаю, что это надолго… А кроме того, я не нахожусь в поиске постоянных отношений! Но в моей жизни не часто бывают приключения, а это здорово.

— Хорошо, что мы понимаем друг друга.

«Неужели каждую женщину, с которой он спит, требуется предупреждать на всякий случай, чтобы они, чего доброго, не возомнили, что он заинтересован в долгосрочных отношениях?» Она скрестила руки на груди и уставилась на Луку. Он удивленно поднял брови, и Корделия покраснела, так как у нее появилось видимое доказательство того, что он снова возбужден.

Лука лениво прикрыл рукой свой пах, продолжая смотреть на Корделию.

Девушка покраснела еще больше.

Не надев сброшенные плавки, он неторопливо спустился к воде, повернулся и посмотрел на нее:"

"— Хочешь еще поплавать? Или поедим?

Корделия нахмурилась: «Он что, это всерьез?»

Его кривая полуулыбка содержала лишь намек на приглашение, но она обнаружила, что идет к нему, притянутая неведомой силой. И шагнула в воду.

— Ну что? — Она повернулась к нему и скрестила руки на груди. — Ты всегда считаешь своим долгом предупредить женщин на тот случай, если они вздумают ожидать большего, чем ты хочешь дать?

— Больше, чем я способен дать, — неожиданно для самого себя сказал Лука.

— Что ты имеешь в виду? О чем ты?

— Я говорю о себе, Корделия. О женщинах и моем опыте общения с ними.

Он отвернулся, нырнул и поплыл прочь, длинными и сильными гребками.

Корделия плыла за ним, пока они оба не оказались на глубоководье. Их тела привыкли к холодной-прехолодной воде, которая приятно обжигала после полуденной жары.

Корделия перевернулась на спину и почувствовала, как солнце ласкает тело.

Она взглянула на Луку и увидела, что он сделал то же самое.

На одну мимолетную секунду девушка задалась вопросом, во что же она ввязалась.

Это был не соседский мальчик.