– Кто такая? Что здесь делает? Новую домработницу мне нанял? – спросил я.

Адам перевел взгляд на меня, нахмурился.

– Что? Кто домработница? Эвелина, что ли? Не тупи! Я же тебя с ней знакомил уже! Это моя подопечная, протеже!

– Когда ты меня с ней знакомил? Что за бред?

– Эээ… Не помнишь, что ли? Ты уже в больнице очухался позавчера, пришел в себя! Мы говорили долго, я представил тебе Эву, ты даже руку ей пожал, дал согласие переехать в дом, потом уснул. Ну!

– Не помню.

– Надо же. В общем, повторять не стану. Девушку зовут…

– Ева. Адам и Ева, – я попытался засмеяться.

– Не Ева, а Эва. От имени Эвелина, – поправил меня Адам, пыхтя. – Соседка, в двух словах. Протеже в мире спорта. Я ее подтягиваю в нужных местах… – почесал кончик носа.

Я присмотрелся, когда мой брат темнил, его нос так и ходил из стороны в сторону, еще он ушами прял, как конь.

– Пиздишь.

– Что? – возмутился Адам.

– Пиздишь про спорт. Я, кажется, даже знаю, в каких местах ты ее подтягиваешь. Вернее, натягиваешь! Бабу себе завел?

– Пошел ты! Со своей бабой разберись. Эва – другое!

– Ну да. Ну да… Поэтому она здесь, в доме твоего младшего брата, протирает меня прохладным полотенцем… – хмыкнул.

– Ну, одолжение оказывает. Я ей тоже кое в чем помогаю. Короче, не лезь! Со своей бабой разберись! – ткнул телефон мне в лицо. – Видишь?

– Что?

Я с трудом отвел глаза в сторону. Потому что на экране было фото Мии. Она, она. Моя Пчелка. Но в то же время не она – худенькая, бледная, грустная…

– Сюда смотри! – ткнул пальцем в экран Адам. – Она бегает без остановки, на работу устроилась, отощала…

«В квартире моей не живет!» – добавил я мрачно. Знаю, проверял. Нет ее там!

– Какое право ты имел вмешиваться? Какое?

– Есть у меня такое моральное право. На правах твоего старшего брата и лучшего друга – есть у меня право вмешиваться и делать тебя счастливым, возвращать к жизни так же, как когда ты вернул к жизни меня.

– Что ты несешь? Я жив! Жив, бля!"

"– По тебе не скажешь! – отрезал холодно. – И я сейчас не про несчастный случай во время спила дерева говорю, хотя про него я тебе тоже еще не один раз припомню! Я говорю тебе про другое. Про то, что как ты с Мией расстался, тебя не узнать. Ты как ходячий труп. Ты мертвец! Ты просто тело безжизненное. Все, не могу я больше смотреть, как ты страдаешь. Мия тоже страдает, я за ней понаблюдал…

Я едва не разрыдался, как сучка пришибленная, с трудом сдержал рев эмоций в груди.

– Адам, вот твой чай.

В комнату ворвался аромат чая и свежей выпечки, запахло булочками с конфитюром. Я хоть не большой любитель десертов, но испытал голод и жажду впиться в эти румяные булочки!

– Попробуй булочки! Эва печет, у нее своя кондитерская! – гордо произнес Адам так, словно сам испек эти булки.