— Что ты такое говоришь! — Доротея повернулась к сыну и сказала: — Не слушай ее, все девушки милы и воспитаны!

— Особенно милы дочери графа Алехандро де Биетти, — не унималась тетушка, принимаясь за второй бокал. — У Лауры огромный нос, с такими широкими ноздрями, что в них поместится рыночная площадь и церковь святого Антонио! А Кьяра прячет под платьем кривые ноги, покрытые черными волосами!

— О Господи, ваша светлость, откуда вы знаете, что творится под юбкой у дочери графа де Биетти?! — Массимо громко захохотал, не в силах больше сдерживать себя.

— Об этом судачит весь высший свет, — она довольно заерзала в кресле, поглядывая на свою сестру, у которой рот принял вид вытянутой буквы «О».

— Да, да! Ноги видела портниха, снимавшая мерки на платье для маскарада! Кстати, дорогой, обе сестры нарядятся пастушками — старайся держаться от них подальше.

— Вы сомневаетесь в моей способности выбрать себе жену, что так опекаетесь этим процессом? — маркграф уже представлял, какой бедлам будет твориться в его замке всю эту неделю до праздника. — Но я поспешу вас разочаровать — это будет только мой выбор и никак ни ваш.

— Прислушаться к советам умудренных опытом женщин, тоже не помешает, — наставительно произнесла Доротея. — Вот, например, Луиджина ди Кацио…

— Носит усы, — тут же добавила тетушка, не обращая внимания на возмущение сестры. — Через десяток лет, они будут такими же, как и у ее отца.

— Марселла, хватит! — не выдержала вдовствующая графиня и схватилась за голову. — Ты меня утомляешь своей язвительностью!

— А ты меня — отсутствием вкуса! — та поправила серебристые локоны и хлопнула ладошкой по столу. — О Мадонна! Ты невыносима!

— Оставлю вас за сим милым разговором и отправлюсь заниматься делами, которые требуют моего вмешательства, — Массимо поднялся и, поцеловав руки обеим дамам, быстро покинул гостиную, пока его голова не вспухла от бесконечных препирательств любимых родственниц.

Он вышел на узкий балкон, с которого открывался шикарный вид, убегая до самого горизонта изумрудными виноградниками и желтой лентой дороги. По ней мчались два всадника, окутанные клубами пыли и маркграф улыбнулся — на виллу «Мистико соларе» отправились его люди.

Эти двое, стоили целой королевской армии, и станут охранять сирот до тех пор, пока в этом будет необходимость.

Еще один человек отправился к нотариальной конторе Серджио Карерро и теперь за этим мерзавцем будет установлена слежка. Маркграф был уверен, что он начнет действовать незамедлительно, ведь украдено было немало.

Массимо широко улыбнулся, вспомнив выразительные и лукавые глаза малышки Изабель — какая горячая штучка! Смуглая, с красивым изломом бровей и длинными, пушистыми ресницами.