Справлялась с бандитами, с нерадивыми партнерами, с предательством и запугиванием! Так неужели я не справлюсь с попаданством?

— Скажи спасибо, что ты не очнулась грязной нищенкой на помойке… — сказала я своему отражению в зеркале и гордо приподняла подбородок. — Ничего, повоюем.

Паника начала отступать, освобождая место такому знакомому и приятному чувству азарта. Вооот, это совсем другое дело.

Под окнами послышался стук лошадиных копыт и скрип подъезжающего экипажа — похоже, начали съезжаться «уважаемые гости», а если точнее сказать — стервятники слетались на лакомый кусок."

"Я выглянула из-за шторки и с интересом принялась наблюдать за прибывшим семейством. Итак, это Гуерро. А вот и тетка Франческа…

Будто черная ворона она резко контрастировала своим темным нарядом с яркой природой, освещенной лучами заходящего солнца. Она вышла из экипажа при помощи слуги, и на секунду, из-под черного подола мелькнули накрахмаленные нижние юбки.

Ее наряд был без всяких вычурностей, строгий и мрачный, а скорее всего — вдовий. Седую голову покрывала кружевная накидка и из-под нее виднелся только большой, клювообразный нос, что добавляло ей сходства с вороной.

Следом за ней из экипажа показался невысокий мужчина с блестящей лысиной и круглыми щечками, которые тряслись от каждого его движения. На нем была белоснежная рубашка с пышными кружевными манжетами, а спереди ее украшало шикарное жабо. Распашная куртка из яркой шелковой ткани с вышивкой имела такие узкие рукава, что казалось, подними он руки, и они разлезутся по швам. Мужчина постоянно протирал лицо и лысину платочком и тут же театрально им обмахивался. А вот и Джузеппе — брат Франчески…

Молодой Диего оказался не менее колоритным, чем его родственники — толще своего отца в несколько раз, он обладал густой шевелюрой, торчавшей во все стороны и носом картофелиной на щекастом, красном лице. Ноги и руки у него были удивительно короткими и настолько нелепо смотрелись по сравнению с большим, пухлым туловищем, что я не удержалась и громко рассмеялась. Он мне напомнил одного из Трех толстяков Олеши.

Пока я рассматривала новоприбывших, во дворик въехал еще один экипаж и вскоре из него показался мужчина лет сорока пяти — высокий, очень худой и угловатый, он походил на фонарный столб. Одет он был скромно, и мне бросились в глаза коротковатые рукава его куртки — такие бывают у подростков, выросших из своей одежды. Похоже, чтобы не покупать новую одежду, ему подшивали обтрепанные края. Тут даже гадать не пришлось — Николло Моретти.

Все собравшиеся поприветствовали друг друга и принялись что-то обсуждать, повернувшись к виноградникам. Решают, кому достанутся столь шикарные земли?

Почему-то меня это покоробило.