‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Что у тебя с агентством? Справляетесь? – спустя полчаса полета, Андрей вдруг решает завести беседу.

- Ну..., - долго размышляю, как правильнее ответить, а потом решаю быть откровенной, - если честно, по разному…

- Почему? – Хмурит брови.

- Как сказать... Мне кажется я плохой руководитель.

Признаваться даже самой себе в таком сложно, а уж бывшему мужу, совсем беда.

Громов устало вздыхает, словно услышал что-то примитивное и начинает монотонно поучать:

- Настя, прирождённых управленцев не так много.

Любому навыку нужно учиться. Никто не рождается сразу хорошим руководителем, отличным другом или, к примеру… хорошим мужем...

- Я рада, что ты это понимаешь..., - Стараюсь задавить старую обиду.

Осознание того, что он признает себя неидеальным мужем, неожиданно радует и придает еще большую откровенность.

- Просто...,- продолжаю, - мне сложно давать указания и приказывать людям… Может ты откроешь курс или марафон? ""Как приказывать людям, чтобы им понравилось"". А-а, Громов?

Обтянутые черной рубашкой мускулы начинают дрожать от смеха, и я просто наслаждаюсь этой картиной.

- Ну что ты смеешься, я вот сразу запишусь, - тоже хохочу я.

Андрей успокаивается, проводит руками по лицу и тепло говорит:

- Зачем тебе курсы, Настенька? Спроси… Я всё тебе расскажу…

Мы долго смотрим друг на друга, словно оба в шоке от того, что вот так просто разговариваем. Без ссор и претензий. Наверное, обстановка располагает. В иных случаях мы либо громко ругаемся, либо набрасываемся друг на друга. Прямо сейчас нельзя сделать ни первое, ни второе.

— Вот, к примеру, взять самолёт. - Андрей окидывает взглядом пространство. - Главный на судне всегда первый пилот. Если вдруг стюардесса не справится и перестанет приносить тебе шампанское, пилот не сможет выбежать к тебе с бокалом. Даже если он в прошлом был официантом, и это у него охуенно получается.

Выразительно трогает искрами из глаз мои губы, спускается к шее и стреляет этими же искрами по линии груди и до живота. Завороженно наблюдаю за ним и стараюсь не замечать, как вспыхивает возбуждение в собственном теле. Та-ак смотрит, что пальчики на ногах поджимаются.

Горячо. Словно опомнившись, мой спикер вдруг вздрагивает и продолжает объяснять:"

"- Если пилот сделает это, то судно к херам упадёт. Также и в бизнесе - если ты будешь постоянно тянуть одеяло на себя, то просто потеряешь своё дело… Всегда чем-то или… хм… кем-то… приходится жертвовать…

Он морщится, а я вдруг понимаю, О КОМ на самом деле последние слова…

- Да… жертвовать у тебя тоже очень хорошо получается! - Прошлая боль вылазит наружу из давно зарытой норы в душе, .