Обоз состоял всего из пяти крытых кибиток: моей деревянной кареты и четырех повозок с продовольствием и другими нужными вещами.

Нас сопровождали три дюжины воинов-наемников и родичи Военега из клана Медведей. Впереди кавалькады гарцевал на своем белом жеребце Чарослав. Рядом с ним держались Драгомир и Орей, дядья молодого человека и братья моего мужа.

Далее следовала дюжина воинов. Потом повозки и после остальные воины. Замыкали шествие двоюродные братья Чарослава по материнской линии.

Все пятеро мужчин из клана Медведей должны были помогать Чарославу в управлении новыми землями.

Вооруженные до зубов воины-наемники отвечали за нашу безопасность и в случае необходимости даже могли вступить в бой."

"С Ольгиной проблем не возникло. Она прибежала глубокой ночью в крепость, с небольшим узелком и горящими глазами. Ее решимость уехать с нами только возросла. Я сразу же рассказала ей о планируемом побеге, и Ольгина даже не стала спорить. А заявила, что готова следовать за мной куда угодно и, если надо, сбежит тоже. Главное, уехать подальше от мужа.

День предстоял теплым и солнечным, потому я распахнула широкие окна кареты, как назвала свою повозку.

Хотя она мало походила на нормальную карету, в каких в моем мире раньше ездили дворяне. Деревянная, топорно сделанная, выкрашенная в какой-то жуткий морковный цвет, с жесткими сиденьями. Рессор, которые обычно служили для смягчения тряски, также не было. Оттого все ухабы и неровности на дороге ощущались очень сильно.

Единственным преимуществом моего средства передвижения была крыша и стены, которые могли защитить от ветра и дождя. Еще в крепости, оценив этот примитивный экипаж, я набрала с собой разных подушек, циновок и стеганых одеял.

Все это застрелила на деревянные лавки, спинки. Парой тонких лоскутов ткани прикрыла окна, сделав с Ирингой что-то типа занавесей. Сейчас моя повозка внутри напоминала некий шатер Шахерезады, с мягкими подушками и весь в цветных тканях.

Рута, одетая в простое синее платьице, легкую вязаную кофту и штанишки, сидела с босыми ногами на сиденье-лавке. Ее башмачки были закинуты под лавку, и она надевала их, только когда мы выходили из кареты поесть или справить естественные нужды. Малышка то и дело высовывалась в окно, с интересом разглядывала окружающий пейзаж и пробегающие мимо деревеньки.

– Милая, осторожнее, – то и дело напоминала я Руте, боясь, что девочка нечаянно выпадет из окна.

Но малышка была так подвижна, что усидеть на одном месте не могла. Однако, когда мимо окна проезжал Моривег, один двоюродных братьев Чарослава, проверяя все ли с нами в порядке, девочка быстро пряталась в углу кареты. Она явно опасалась грозного вида своего дядьки – воина с изуродованным шрамами лицом.