— Ты правда думаешь, что я настолько тупой, что не в курсе? — усмехается, но от этой усмешки по коже ползут мурашки, и я понимаю, что мне страшно. — Я знал об этом ещё задолго до того, как ты соизволила посмотреть в мою сторону.

Резко выдыхаю, шокировано уставившись на Драгунцева. Не могу и слова сказать, лишь замечаю, что цифры на спидометре начинают увеличиваться.

— Я не понимаю, Сергей, — говорю, пытаясь справиться со страхом и не злить его ещё сильнее. — Пожалуйста, можешь немного сбавить скорость.

— А мне и так хорошо, Юля. Раньше ведь ты любила быструю езду, да? До момента, как твой дорогой друг вкинул тебя в мясорубку.

Я действительно будто не знаю этого человека. Сергей всегда был спокойным и обходительным, терпеливым, никогда не повышал голос. Боже, ну зачем я только решилась на этот разговор? Стоило просто написать или доверить решить всё Егору.

— Думаешь, ты реально нужна была кому-то такая? — снова смеётся и продолжает жать педаль. — Поломанная, побитая жизнью, брошенная. Ты выглядела жалко, Юля. И если бы не месть, я бы ни за что не подошёл к такой как ты.

Его слова больно ранят.

Я ведь и сама себя считала такой, и была крайне удивлена, что мной так настойчиво заинтересовался такой парень как Драгунцев.

— О какой мести ты говоришь?

Ответить Сергей мне не успевает, потому что у меня в руках звонит телефон.

— Возлюбленный? — рявкает Сергей. — Отвечай.

Делаю как он говорит. Начинаю дрожать, когда слышу голос Егора. Мне страшно.

Драгунцев начинает браввировать, слышу издевательские нотки в его голосе, когда он отвечает Егору, называя меня невестой.

— Я порву тебя, мудак, — слышу, как Егор рычит в трубку.

 — Сверну на хуй твою ебучую шею.

— Мне не страшно, Верт, представляешь? А вот тебе сейчас должно быть.

— Сергей…

— Ну а что? Неприятно ведь, да, когда твою бабу ебут, правда?

— Какого хрена тебе надо?

— Хочу чтобы ты сполна ощутил это. Чтобы почувствовал, Верт. Как я тогда, когда узнал, что ты поимел мою женщину. Роза — беззащитна, и ты знал это, но всё равно трахнул её.

У меня начинают волосы шевелиться на голове от его интонаций и сумасшедшего взгляда, от того, что машина почти летит по трассе, уже выехав за город.

Страх, скорость, холод за грудиной. Снова всё повторяется.

— Ты идиот. А твоя Роза — сумасшедшая пиздливая сука, — отвечает Вертинский. — Я её послал, но она хотела тебя зацепить, вот и наебала. Поверь, Серёжа, если бы я её поимел, она бы под тебя больше не легла.

Пока они спорят, а машина несётся, замечаю, что телефон Драгунцева лежит между сидениями. Прикрывшись кофтой, аккуратно вытаскиваю его. Помню, однажды заметила, как он набирал пароль. Не думала, что пригодится когда-либо.