А я считаю, что очень много. Пятьдесят миллионов – это только начало. Одних только долгов на полтора миллиарда, и то лишь по предварительным расчетам. Если глубже копнуть, то на все два лярда наберется. Кто с долгами разбираться будет? Мне придется все расхлебывать. А инвестиции в развитие производства? На дуговые сталеплавильные печи переходить надо. И доменное производство сохраним, и электросталеплавильное организуем. Дополнительный комплекс непрерывной разливки стали уже сейчас нужен… А откуда деньги брать? Опять же, своя сырьевая база нужна.

Горно-обогатительные комбинаты под себя брать, железорудные, коксохимические. Своих же поставщиков и приобретем. Их сейчас за копейки взять можно, но так их тоже из пепла поднимать надо. Иначе нам эффективности не добиться. А это миллионы, если не миллиарды… А где деньги, Зин?

– Ну, надо думать…

– Надо думать, – кивнул Семен. – Всем надо думать. Ты же тоже акционер, Даниил Георгиевич. Сколько у тебя акций, семь процентов?

– Восемь. Почти восемь…

– И у Фирсана что-то около двадцати. Но с Фирсаном мы разберемся.

А сейчас ты мне за долги ответить должен. За долги, которые на меня лягут. А ответишь ты деньгами, которые наворовал. Вернешь в кассу двадцать пять миллионов долларов.

– Сколько?!

Судя по тому, как дернулся Быков, кресло под ним превратилось вдруг в электрический стул.

– Двадцать пять миллионов долларов, – немигающе смотрел на него Семен. – Живыми деньгами. Чтобы можно было расплатиться с рабочими. Тогда можешь спокойно работать дальше.

– А если нет?

– Тогда потеряешь все. Кресла своего лишишься, останешься без акций.

А потом у тебя отберут и свободу. Этап будет, зона, карантинный барак, где тебя отпетушат в первую же ночь. Я знаю, что такое зона – сам в свое время за зоной смотрел. Поверь, гнойный пидор – это хуже смерти. Сам в петлю полезешь.

– Э-э… я должен подумать… – в страхе посмотрел на Семена директор.

– Думай, Даниил Георгиевич, думай. Голова у тебя большая, мыслей в ней много, запутаться в них можно. Если к Фирсану за помощью обратишься – значит, считай, запутался. Фирсан для тебя – тупиковое решение.

Лучше сразу застрелиться. Я предлагаю тебе реальный выход. Если «да» – будем работать. Если «нет» – пеняй на себя…

– Но у меня нет таких денег!

– Есть. На секретных счетах, которые не такие уж и секретные. Поверь, если очень захотеть, до них можно добраться… Короче, я жду ответ.

– Хорошо, договорились. В конце концов, я тоже акционер компании…

Семен презрительно усмехнулся, глядя на Быкова. С ним проблем не будет. Гораздо сложней справиться с Фирсаном.