А если чуть подождать, то будем мы с тобой кобелей от дома гонять!

- Что ты, Илюшенька, Лера не такая.

Голос отца был нетрезв. В другое время я не решилась бы стоять возле его двери, пока он в таком состоянии. Но сейчас мне очень хотелось узнать, о чем идет речь. И я осталась на месте.

- Да, это моя заслуга, что дочь правильно воспитал. И ты должна быть мне благодарна, что я с тобой до сих пор живу. А ты мне даже сына родить не смогла.

Раздался грохот. Судя по звуку, это отец ударил кулаком по столу.

И сразу же послышался заискивающий голос матери:

- Я благодарна. Очень. Илюша, ты же знаешь, как я тебя люблю. Я на все ради тебя готова.

В такие моменты меня охватывало чувство омерзения. Как, как она может так перед ним унижаться!

- Все решено. Я сказал дражайшему Роману Александровичу, что либо он становится моим зятем, либо не увидит свой участок. А на этом участке у него такое завязано! Откажется, останется без штанов.

И снова мать перед ним залебезила.

- Если ты так считаешь, Илюша, то ты прав. Так будет лучше.

Я услышала достаточно и заторопилась подняться к себе. Свадьба - моя и Романа? Неужели, это может быть на самом деле? Романа я впервые увидела год назад. И это было как удар молнии. По зале шел высокий светловолосый мужчина с потрясающе красивыми голубыми глазами. Я не могла оторвать от него взгляд. А ночью мне впервые приснился эротический сон, в котором Власов целовал меня (на приеме мне правдами и неправдами удалось узнать, как его зовут).

С тех пор я потеряла покой. Как я о нем мечтала! Даже мечты вгоняли меня в краску. А что уж говорить о том, если бы мне пришлось встретиться с ним лицом к лицу!

Мое состояние заметила мама. Обычно я старалась ей ни о чем не рассказывать, но тогда я так измучилась из-за своей неразделенной любви, что выложила ей почти все.

Вечером того же дня меня позвал к себе отец. У меня затряслись коленки. Родители воспитывали меня очень строго. Папа всегда говорил, что не допустит, чтобы его дочь превратилась в шалаву. Мне становилось так стыдно, когда я слышала это слово. У папы был очень горячий нрав. А после того, как он наказал меня ремнем лет в шесть, я его боялась.

Поэтому я еле заставила себя переступить порог кабинета. Но не пойти было бы значительно хуже. Тогда родительского гнева точно не избежать.

- Заходи, Лерка.

Отец как обычно по вечерам был слегка пьян. Он уставился на меня тяжелым, немигающим взглядом и рассматривал меня довольно долго.

- Значит, Роман Александрович тебе понравился?

Я смутилась и не знала, куда мне деться.

- Так понравился или нет? - повысил отец голос.

Я испугалась еще сильнее и единственное, что смогла из себя выдавить:

- Пап!

Он нахмурился.

- Не ""папкай"" мне!

Я окончательно растерялась и не знала,  как себя вести.

Смогла лишь пропищать:

- Да.