Вошедший мужчина наполнил мой кабинет спиртными парами. Ох, и накушался ты, Илья Константинович.

- Ты доволен? А? - пророкотал он, уперевшись кулаками в поверхность моего стола.

-У меня за спиной все шепчутся. И смеются. Зачем я над дочкой 18 лет трясся? Чтобы ее твои московские друзья во все дырки имели? А теперь что? А ничего, дорогой Роман Александрович! Я ее мечтал в белом платье замуж выдать. Нетронутую. Чтобы муж гордился, что ему жена нецелованная досталась. Кто ее замуж возьмет? Да и я... Разве я потерплю, что пользованная шалава, как ни в чем не бывало, в моем доме жила? А она тоже хороша.

Бл*** ща. Вырядилась в нижнее белье и к тебе приперлась. Срамота!

Что он такое городит вообще? Он, конечно, выглядит сейчас не ахти. Как будто постарел одним махом лет на 10. И я понимал, что пока Леру искали, вряд ли парни с нее пылинки сдували. Но отец ее забрал из гостиницы. Крестный провел воспитательную беседу с Демидом. И я думал, что девчонка дома отойдет.

- Что смотришь так? Я ее вышвырнул. Велел дать 5 тыщ и гнать в шею. Куда я теперь порченый товар? А во всем ты виноват! И она.

Он пальцем указал в мою сторону.

Я смотрел на него и не понимал, как можно было после такого собственную дочь из дома выгнать. Он вообще нормальный? Я бы за своего ребенка и Демида, и всех землю жрать заставил и кровью харкать. А этот нашел крайнюю и еще претензии предъявляет.

Сколько он ей денег дал, 5 тысяч? Она вообще у него что-нибудь делать умеет? Ей помощь нужна - и медицинская, и психологическая.

Я даже не собирался оправдываться. Желания разговаривать с этим  типом не было никакого.

Но я все же спросил:

- И где же она живет теперь? Под мостом?

- В бабкиной коммуналке.

На Вишневского, 10. Квартира 7, комната 5. Что подбирать поедешь? Теперь можно и самому попользоваться?

Я нажал вызов секретарю:

- Ань, пусть ребята зайдут.

Зашли крепкие, рослые охранники.

- Хочешь меня выпроводить? Я сам уйду. И дочкой моей пользуйся на доброе здоровье. Мне без разницы.

После его ухода мне стало не до бумаг. Я некоторое время сидел и смотрел на дверь. Никак не мог поверить, что взрослый мужик может городить такое серьезно.

Потом собрался и поехал на Вишневского. Надо Лере хоть денег дать, а то с голоду умрет с такими родственниками.

Было еще светло, когда я заехал во двор. Мама дорогая, что за помойка. Представил, каково сейчас девчонке после того, что случилось, и того, как поступили с ней ее родители. Я ее очень хорошо понимал. Сам прошел через что-то подобное. Но меня хотя бы никто не насиловал. Однако на улице много чего пытались сделать. То мое состояние напоминало прыжок без парашюта. Чужая страна, возраст, все же я был младше, чем она сейчас, отсутствие денег и знакомых.