Во-первых, как вы видите, поле искажения на меня не воздействует, а, во-вторых, стоит мне вступить в плотный контакт с заражённым предметом, как он постепенно начинает выправляться. Боюсь, объяснить это я не в состоянии.

– Ещё бы, – задумчиво подтвердил аристократ, пока Пырщ сверлил меня недоверчивым взглядом. Он явно чуял обман, но не мог найти доказательств. – Самой вам в этом и не разобраться. Нужны знания о тонких потоках магии и их возможном взаимодействии с человеческой сущностью… Ну, вообще, примерно так я и думал, что дело именно в этом…

В этот момент я мысленно горячо поблагодарила крысана за отличную версию.

Действительно, маги в первую очередь начинают размышлять именно о том, что дар и в самом деле как-то смог усилить мою изначальную устойчивость к искажениям. Кстати, так оно, в общем-то, и есть.

А ещё теперь уж совершенно точно можно заявить, что прибор Пырща моего питомца не распознаёт. Ведь он показал, что поле искажения исчезло, когда мы с Шур-шуром как раз работали над восстановлением вещей! Будь иначе, меня наверняка попытались бы припереть к стене.

– Что ж, должен признать, что работа выполнена отлично! Пожалуй, вы заслужили двойную оплату! – заключил аристократ.

Папаша Кыц просиял и наконец-то расслабился. Его семейство тоже обменялось радостными взглядами.

– Погодите! – вдруг вспомнила я и протянула хозяину дома браслет в виде змейки. – Тут под шкафом нашлась ещё одна вещица.

– Это же твой браслет, Лаберий! – ахнул аристократ, с благоговением принимая у меня украшение. – Но ведь он был давно сломан! Его не взялись чинить даже в лучшей мастерской. А сейчас чары на месте и сам браслет как новенький!

Они снова уставились на меня.

Мне стало крайне неуютно. Вот блин! Я-то думала, что украшение тоже пострадало от поля искажения, а тут вдруг выясняется, что оно уже давно было сломанным! Кто ж знал, что Шур-шур способен возвращать в прежнее состояние не только искажённые вещи?

– Даже не знаю, что сказать, – аристократ покачал головой. – Этот браслет передавался в нашей семье по наследству и чары на нём наложены очень сложные. Сейчас даже и мастеров таких нет, которые способны создать подобную вещицу!

Ещё хуже! Как я это объясню?!"

"Мои крысаны снова напряглись, да и я сама, признаться, струхнула не на шутку.

Пырщ насторожился, как охотничья собака, учуявшая зайца. Повисла пауза, во время которой я судорожно искала объяснение, и не находила. Однако, как оказалось, от меня этого и не ждали. Аристократ, сам того не зная, снова мне помог:

– Конечно, ты и сама в недоумении, девочка. Тебе ещё предстоит разбираться в том, какие способности ты заполучила, оказавшись в нашем мире. Видимо, у тебя были зачатки таланта артефактора, которые сейчас, когда появился дар, расцвели в полной мере.