К моменту возвращения Шур-шур выглядел очень довольным.

– Готово? – уточнила я.

Он сыто икнул, вновь вернул себе облик мелкого пушистого гибрида с ушками и несколько раз кивнул.

Глава 9

– Ну что ж, похоже, мы молодцы. Поле искажения устранили, с паразитами расправились и без всяких опрыскивателей-пылесосов. Осталось только дождаться, пока Пырщ решит, что со мной покончено, и пустит сюда спасателей.

Рассудив, что ждать лучше с удобствами, я отправилась в комнату.

Надо сказать, она выглядела не менее впечатляюще, чем коридор. Дальние углы пострадали меньше, а вот центр… Там, где ранее прошла волна моей магии, предметы искажались и перекручивались так, что вернуть их в прежнюю форму вряд ли представлялось возможным.

Например, стена, в которую я, помнится, впечатала Пырща, надулась пузырём, а диван растёкся лужей по полу и в нём плавали подушки.

Радостно ухнув, Шур-шур скакнул на ближайшую подушку. По поверхности пробежала рябь. Она перекинулась с подушки на диван, и вскоре вся эта лужа пошла помехами, загустела и начала постепенно видоизменяться, будто пыталась вспомнить, какая форма у неё была раньше.

Я шагнула к питомцу и аккуратно почесала его за ушком. На меня рябь не перекидывалась. Интересно… Мне вспомнились слова крысана по поводу того, что люди устойчивы к магии искажений. Видимо, несмотря на то, что я обрела дар, моя энергетика всё равно не такая, как у остальных магов. Она стабилизирует магию искажений. Может, моё превращение в мага, наоборот, усилило это свойство, а не уничтожило его? Выходит, управление магией искажений – это теперь моё особое умение?

Внезапно мне пришла ещё одна дикая мысль.

А вдруг именно поэтому запрещено передавать людям дар? Может, кто-то когда-то выяснил этот любопытный факт, что ставший магом человек устойчив к полю искажения, а значит, сильнее тех, кто является магом от рождения? Если это так, то моё новое умение лучше скрывать как можно тщательнее…

Раздумывая об этом, я наблюдала, как диван продолжает менять форму. Он приподнялся над полом, обретая объём, и у него даже обозначилась спинка.

Мне вспомнилось, как Шур-шур превратился в дубину, подглядев мою мысленную картинку.

А сейчас он заразил своим нестабильным полем диван.

Эй, а вдруг?..

Я положила ладонь на изменчивый диван и как можно ярче представила себе его прежнюю форму. Это сработало! Он будто этого и ждал.

– Красота! – удовлетворённо сказала я, созерцая восстановившийся предмет мебели, но тут же заметила, что он продолжает идти помехами. – Шур-шур, соскакивай, а то он опять как-нибудь начнёт меняться, а мы его только восстановили.

Питомец тут же послушался и перескочил ко мне на плечо. Я на всякий случай ещё раз прислушалась к себе – никаких изменений.