Поэтому я тут же решила хватать быка за рога (кобру за капюшон, Купидона за кудри, ведьму за нарост…) и с улыбкой заявила:

– Привет! Я с вами тут посижу? Там мой новый друг Жаб… то есть Фарукан отправил меня из комнаты, сказал, что ему нужно пару минут, чтобы прийти в себя. Очень уж эмоционально мы с ним ведьму, которая нам обоим напакостила, ругали, а он настоящий джентльмен. Как почувствовал, что из себя выходит, так и попросил сходить пока проветриться, ромашки понюхать…

На самом деле я понятия не имела, что буду делать. Но именно в таких ситуациях мой мозг начинал работать на пределе и выдавать решения. Поэтому я просто несла что попало, притворяясь, будто нахожусь в детском лагере, а не в окружении жутких существ, и пытаясь нащупать хоть что-то, за что можно зацепиться.

– Ашшш… – внезапно раздалось прямо за моей спиной.

Я резко повернулась и сглотнула.

Там стояла Фирелла – та самая специалистка по ядам со змеиными глазами и капюшоном. Как она успела переместиться?

Только ведь сидела за одним из столиков…

Ой, а зачем она рот открывает… и два клыка, как у кобры, влажно поблёскивают…

В этот момент в зал шумно ворвались парни, которые меня преследовали.

Увидев, что происходит, они остановились в дверях. Их появление будто встряхнуло замерший зал.

– Эй, ты что, сама убить её решила? – свирепо спросил Купидон. – Договорились же вместе с девчонкой разобраться! Не ты одна поразвлечься хочешь!

Парни в дверях, которые тоже настроились на разборку, согласно что-то вякнули, косясь на Фиреллу с некоторым опасением.

Я, снова глянув ей в глаза и с укоризной покачав головой, сказала:

– Вот хамло, да? Эти-то, я смотрю, совсем не джентльмены! Видят ведь, что дама изволит развлекаться! Настоящие мужчины бы так себя точно не повели!

Кто-то из парней зарычал, а Купидон встал так резко, что стол, за которым он сидел, отлетел в сторону и, кажется, кого-то придавил.

– Слышь ты, будущий кусок мяса, – грозно рявкнул он, надвигаясь. – Мы тебе тут не кучка аристократических олухов, вроде этого белобрысого Пырща.

– И всё равно мог бы уступить красивой женщине, хам! – потея от ужаса, настаивала я, ярко представляя, как он сейчас одним ударом превратит меня в отбивную.

– Ни одна баба мне возражать не смеет! – вконец выведенный из себя, рявкнул он. В этот момент я едва не издала победный клич. Да! Нашла! Наконец-то мне удалось заставить его это сказать! Наверняка он в этот момент под бабой имел в виду именно меня, человеческую выскочку, но от злости формулировка слегка пострадала. И прозвучало это совсем не так, как планировалось…

– Что?! – взревело разом несколько голосов (женских) в зале.

Фирелла стремительно и плавно скользнула вперёд, оказавшись прямо между нами.