Не верю, не верю, что моя беззаботная жизнь студентки так резко превратилась в кошмар, и я рискую не пережить свою первую брачную ночь. А если и переживу…не готова с этим жить.

– Гарантия на товар? – горько усмехаюсь сквозь слезы. – Чтобы твой «партнер» не смог в случае чего вернуть бракованную жену?

Ответ отца тонет в резком звуке распахнутой двери. Хочу обернуться, но замираю на месте, следя за реакцией отца.

Он заметно бледнеет, потом покрывается багровыми пятнами, ослабляя узел галстука. Глаза отца бегают из стороны в сторону, и заметно, что он хочет испариться из кабинета. Исчезнуть, лишь бы не встречаться с тем, кто стоит позади меня.

И я, признаться, тоже.

Я стою к незнакомцу спиной, но чувствую подавляющую ауру власти и силы, исходящей от мужчины. Чувствуется, что он привык получать свое. Любыми путями.

– Добрый день, Валентин Генрихович. Не помешал? – у мужчины низкий, бархатный и порочный голос, который словно ласкает меня, невесомо касаясь. Хочется даже повести плечами, чтобы сбросить его «прикосновения». А еще этот голос кажется смутно знакомым. Я определенно где-то слышала его раньше…

– Нет, нет, Алан Русланович, Дана уже уходит. Иди, Дана, – отец тараторит, переводя взгляд на меня. Машет руками, подгоняя к выходу, показывая, что аудиенция завершена. – Разговор окончен. И не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус. Ты за это дорого заплатишь.

Закусываю губу до металлического привкуса во рту, лишь бы не высказаться в присутствии постороннего мужчины.

Нет, папа, ошибаешься. Я не пойду замуж за престарелого садиста, лишь бы угробить себя в угоду твоему бизнесу и сытой жизни.

Разворачиваюсь и вздрагиваю всем телом, чувствуя, как покрываюсь противным, липким и холодным потом от ужаса.

Я думала, все самое худшее со мной сегодня случилось.

Но я жестоко ошиблась.

Самое худшее сейчас стоит в дверях, дерзко ухмыляясь, и нагло ощупывает меня взглядом.

Резко опускаю голову в пол так, что волосы скрывают мое лицо, глупо надеясь, что Алан, как назвал его отец, не узнал меня.

Пытаюсь прошмыгнуть мимо к спасительной двери из кабинета. И мне почти удается это сделать.

Но в самый последний момент мужчина преграждает мне путь, упираясь ладонью в косяк.

– Задержитесь, Дана. Нам нужно поговорить. Нам ведь есть о чем, не так ли?

Его голос звучит одновременно издевательски и холодно, что не остается никаких сомнений – узнал. И даже уже придумал наказание за то, что я несколько часов назад гвоздем вывела оскорбление на капоте его машины…

Глава 2

Алан

Доброе утро никогда не начинается с телефонного звонка, который раздается раньше будильника. Это моя личная аксиома, в которой я убеждаюсь раз за разом.

На экране высвечивается имя моего помощника.

– Слушаю, Кость.

– Алан, у меня плохие новости.