Только и хватает сил, как прижать девчонку к себе. Увезти подальше и залюбить до одури. Притушить обиду маленького человечка на несправедливый мир.

— Встала бы и вышла из аудитории, — рычу негромко. — И мне звони в следующий раз. Спасибо, у Дениса мозги на месте.

— Я… мне… — всхлипывает Олечка. — Даже не сообразила сразу. Прости.

Бл.дь, она еще и извиняется!

«Всю информацию на Бритникова мне. С кем живет, кого шпилит, кто родители? Абсолютно все», — одной рукой прижимая Оливию к себе, другой отправляю сообщение Ефиму.

— Федь, — звонит мне Торганов. — Я Асканову все сказал. Он теперь от меня дождется помощи и консультаций. А то привык суслик. Не люблю я игру в одни ворота. И с ректором перетер…

— Спасибо, бро, — выдыхаю в трубку и очень надеюсь, что девочка моя ничего не слышит.

— Что ты собираешься с ним делать? — поднимает она на меня заплаканные глаза.

— Могу на счетчик поставить. Что там у него есть из недвижки? Пусть на тебя отпишет?

— Ты с ума сошел! — не веря, мотает головой Оливия. — Не надо, Федечка. Пожалуйста, не надо.

Да я и не собираюсь, вроде.

Тор предложил альтернативу. И мне этот вариант понравился. В среду защита у придурка. Ну и мы все подтянемся. А набить морду новоиспеченному кандидату наук я всегда успею. Зато защита на всю жизнь запомнится.

«Я тут поговорил с людьми. Многие подтянутся. Аншлаг будет», — присылает мне сообщение Торганов.

И тут же приходит эсэмэска от Ефима.

«Банкет заказан на сто человек в «Ермаке». Прикинь».

Все удачно складывается. В «Ермаке» у меня доляха. Значит, не должны отказать.

«Попроси взять с клиента двойную оплату. Пусть скажут, что ему неправильно посчитали. Или вернут задаток. Роме скажи, это моя личная просьба», — даю указание Андрюхе. Обычно так не делается. Но пусть попрыгает доцент Бритников. Понервничает. Найти нормальный банкетный зал в Агдальске трудно. Да и Рома — наш управляющий — мне вряд ли откажет.

— Феденька, дорогой! А что случилось? — тут же перезванивает мне мой компаньон. — Хороший заказ вроде. Мы же никогда так не делаем.

— Это мой личный враг, Саня, — рычу ощерившись. — Чтоб ноги его в моем кабаке не было. Пусть в привокзальном буфете поляну накрывает. И остальным ребятам скажи. Кто у себя эту гниду примет, будет иметь дело лично со мной. Ты понял?

— Да, Феденька. Сейчас всем позвоню, — тараторит компаньон. — Никто не примет. Ты что? Ты что? Кому этот дрыщ, нафиг, нужен!

— Спасибо, дорогой, — прощаюсь душевно и откидываю трубку в сторону. — Ну вот, банкет этой гниде мы сорвали. Бабла отвалит немерено. Но продинамим его…

— А так можно? — кладет мне голову на плечо Олюшка.

— Мне можно, как другим — не знаю, — отмахиваюсь небрежно. — Все. Забей, Оль, на этого козла. Он попал. Ему теперь никто не поможет.