Страшный крик, мертвенно бледное лицо…

Как же он мог сбросить ее с лошади? Вот он поворачивает ее на живот, ощущает мягкость и нежность… Что же с ним случилось?

Она была такая розовая, ранимая. Но ему-то что за дело?

Ульвхедин закрыл глаза, припоминая, как она приняла его. Воспоминания овладели им, он уже не мог остановиться.

А женщина из деревни улетучилась из памяти, будто он никогда не видел ее.

Потом он долго не мог справиться с дыханием.

Чего-то ему не хватало. Так не хватало, что болело сердце!

Дни шли за днями. Ульвхедин ходил как потерянный и злился, ужасно злился на самого себя за то, что не едет дальше. Он бил кулаком в стену и кричал:

— Я победил! Одолел этих болванов! Я взял сокровище. Я показал этой чертовой девчонке и всем им!

А по ночам страдал от одиночества и никак не мог уснуть.

«Я должен ехать дальше. Чего я жду? Поеду завтра же!»

Но «завтра» так никогда и не наступало — то у лошади кончался корм, то портилась погода, то якобы страшно болела нога.

Он ловил себя на том, что постоянно смотрит на юг.

Тогда он запирался в доме и думал о том, как отомстит. Только бы добраться до долины Людей Льда! Но кто научит его пользоваться сокровищем?

Где-то в глубине души затеплилась надежда. Надо вернуться и расспросить этих хамов. Хамами он называл тех троих, что поймали и унизили его.

Осознав, о чем мечтает, Ульвхедин грязно выругался, вымещая свой гнев на мебели и на всем, что попадалось под руку.

Женщин он больше не искал. Да и на что они ему? Он всю жизнь обходился без них, обойдется и теперь."

"Как-то в середине декабря ему приснился сон. Но не о нежной девочке, о которой так часто вспоминал. Нет. Во сне ему явились хамы. Вернее одна — женщина. Высокомерие ее куда-то исчезло, она была добра к нему и сказала: «Ульвхедин, мы хотим помочь тебе. Ты станешь знаменит, совершишь великие дела. Люди тебя никогда не забудут. Ты войдешь в историю!»

Во сне он не фыркал и не рычал на нее. Слушал молча.

«Вот смотри, — она открыла книгу. — Этот мир может стать твоим. Видишь усадьбы? Почему бы тебе не поселиться в одной из них? Никлас поможет тебе вести дела. Стань человеком!»

«Думаешь, стоит походить на людей? — издевательски спросил он. — Да ты только взгляни на мою ногу! На раны!»

«А не хватит ли жалеть себя? Вспомни, сколько зла ты принес людям! Мы друзья тебе, Ульвхедин! Мы только хотим помочь тебе побороть в себе зло!»

Вот тогда он рыкнул.

«Отдайся в мои руки, Ульвхедин! Только я одна могу помочь тебе!»

«Нет! Ты ничем мне не поможешь. Только не ты!»

…Он опять проснулся в поту, слыша отголосок собственных криков. Но его сопротивление было сломлено.

В то утро он окончательно все решил. Хватит! Пора кончать!

Сложил еду и корм для коня на седло, соорудил подобие санок.

И двинулся на север…

Погода была хорошая.