К тому же они были не последними людьми в приходе. Да и потом они всегда обсуждали место церкви в христианстве, утверждая, что церковь — это одно, а христианство нечто совсем другое. Пастор был по горло сыт ими.

Но члены церковного совета имели другое мнение. Они пришли вместе с женами. Те считали, что им есть что сказать, ведь их мужья занимали такое высокое положение.

Какой позор держать в усадьбе такую девчонку! Андреас спокойно объяснил, что Элиса работает в усадьбе. И без нее невозможно управиться не только ему, но и его сыну Альву.

— Но вы впустили в свой дом грех. Мы не потерпим потаскушек в нашем приходе.

— Гоните ее прочь, — добавили их жены. — Или мы сами позаботимся о ней. Пусть-ка постоит у позорного столба!

Тут Андреас вышел из себя:

— Элису изнасиловали. Ее вины тут нет. И я считаю, что церковь должна помочь ей в такой сложный момент жизни. А вместо этого над ней издеваются, преследуют и забрасывают камнями.

Мужчины помолчали. Потом один из гостей сказал:

— Изнасилована, говорите. А мне кажется, что женщина, позволившая себя изнасиловать, сама во всем виновата. Сначала они соблазняют несчастных мужчин, а потом жалуются на изнасилование. Этому нет оправданий.

— Элиса ни на что не жалуется, — потемнел лицом Андреас.

Одна из жен жестко сказала:

— А что нам вообще известно об этом изнасиловании? Мы должны поверить ей на слово. А не могло ли так случится, что тут замешаны и проживающие в усадьбе мужчины?

Что за подозрения! Да и этот тон! Андреас покраснел:

— Уважаемые господа! Мне уже шестьдесят девять лет, и я давно перестал играть в такие игры. После смерти родителей Элисы я воспитывал девушку как родную дочь. И считаю ее таковой. Тем не менее, она решила работать в усадьбе экономкой и помогать мне во всем.

— А юный герр Альв?

— Да, он молод. Слишком молод для Элисы. Они хорошие друзья, но я заверяю вас, что между ними не могло быть ничего. Да и потом Альв не принимал участие в этом исторической походе по следам чудовища.

— Ах да, чудовище! А не кажется ли вам, что его никогда не существовало? Как легко сослаться на него, когда ни за что не хочешь отвечать сам.

Тут Андреас не сдержался и выставил их вон, не забыв рассказать о великом горе, что посетило все три усадьбы. По-настоящему заботу об Элисе проявляет лишь один он. Остальные только осуждают. Кто утешал ее, вытирал слезы, когда она пришла домой, вся побитая камнями?

— Идите домой да перечитайте ваши заповеди еще раз, — крикнул он, захлопывая за ними дверь.

После их ухода Андреас не мог успокоиться еще несколько часов.

Церковный совет больше ничего не стал предпринимать.

Когда березы оделись в свой весенний наряд, Элиса разрешилась от бремени. Роды прошли на удивление легко. Она родила прелестного мальчика Йона.