Кроме него!

Я видела и дышала только им! Мой Анатолий!!! Моя нефритовая погибель!

Воспоминания о нём, как острый нож в расплавленное масло, вошли в моё тело и разум.

«— Ты женат?!

Шок, боль и отчаянье одновременно нахлынули на меня, не давая даже шанса на глоток воздуха.

Я влюбилась в этого мужчину с первого взгляда, с первой секунды и до краев моего свихнувшегося на цвете его глазах мозга. Уже через пять минут после нашего первого разговора я чётко видела, как держу на руках нашего сына. Маленькие теплые ручки на моих щеках, сладкий животик и глубокие зелёные, как редкий нефрит, глаза…

А теперь он одной фразой разбил в осколки моё виденье. Не будет этого тепла на щеках… и вдруг стало невероятно холодно. Я оглянулась в сторону балконной двери, но та по-прежнему была плотно закрыта.

— Наверное, у тебя и дети есть? — глухо прошептала я, но он всё-таки расслышал.

— Нет. У моей жены проблемы со здоровьем, мы решили не рисковать. Ди, это всё неважно! Мне лишь нужна моя прекрасная и нежная белая роза!

Анатолий резко подскочил ко мне, хватая моё застывшее посередине комнаты тело в объятия. Его мягкие губы тут же приложились к моему пульсу на шее, заставляя сделать, наконец, резкий и томный вдох.

— Моя сладкая Ди, я буду беречь каждый лепесток моего прекрасного цветка любви. Ты ни в чем не будешь нуждаться, жить будешь в этой квартире, оберегая наш личный островок любви и покоя. Ты будешь только моя!

И каждое слово подкреплялось жаркими поцелуями по коже шеи и плеча, а любимые руки уже стягивали тонкий шёлк халата, лишая меня воли. А ведь мне так хотелось сказать и так много спросить, но первая же попытка была жестоко пресечена глубоким поцелуем. Его властный язык, переплетаясь с моим, смял все доводы рассудка, заставляя лишь хотеть ещё больше, ещё сильнее.

Я с таким же нетерпением схватилась за его ремень в брюках, желая поскорее почувствовать его в себе, чтобы мой любимый мужчина заполнил меня до предела, утолив эту острую потребность в нём и его любви хоть на время.

Анатолий, как всегда, был на высоте, входя в меня с маниакальной потребностью и вырывая из моей груди громкие стоны.

— О, да, любимая, вот так… так… я так люблю твой голос и запах твоего божественного юного тела. Ты только моя…я тебя спрячу от всех… буду любить до потери сознания. Ты будешь хотеть всегда только меня!»"

"Я залпом выпила вино, и второй бокал с такой же скоростью последовал за первым в попытке успокоить пульс и вернуть спокойное дыхание.

Нефритовый монстр! Это обещание он чётко выполнил! Я была только его и других мужчин не хотела. Один слишком нежный, второй слишком грубый, третий — слабый, четвертый — чересчур сильный…все не так, и моё тело не отвечало. Я сама стала нефритом. Холодная, практически мёртвая в душе.