– Ну, как не надо? Ты разве не знаешь поговорку?

– Какую?

– Унитаз – лицо хозяйки!

– Что???

– Все, закрой дверь с той стороны! – заржал я, снимая штаны и усаживаясь.

***

Придя вечером на плантацию, довольно хмыкнул. Грядки аккуратными рядами расположились между сталагмитов и сталагнатов.

– Буба молодьец?

– Молодец! Лови! – Кинул ему сверток с едой.

– Апьять мяса! А гдье фрукты? Мнье нужены витьамины!

– Ну, звиняй, бананьев нема. Есть получше кое-что. Ты ведь хочешь бонус, Буба?

– О, ес, ес!

Сперва достал из рюкзака плеер, подцепил колонки, запитав это дело от аккумуляторов.

Негр, не переставая жевать, с любопытством наблюдает за моими манипуляциями. Я нажал «Play». Грот наполнился переливами солнечного регги. Думаю, черному будет в кайф работать под музыку.

– О! Этьа же Боб Марли! Спасьаба!

– Белый господин принес еще кое-что… – Я развернул полиэтиленовый сверток и зажмурился от одуряющего аромата шишек Спауна. – Ко мне! Да не бойся ты!

У ниггера аж глаза загорелись. Любит, видать, это дело. Быстро забив трубку мира, мы как следует пыхнули.

– Йеее, мазафака… – Буба, закатив глаза, выпустил облако дыма.

– Тьи настащчий бро, Саща!

– Давай, бро, отсыплю тебе немного…

– Коньещна, давай!

– Ты, главное, работай, Буба, работай!

Растение добра сделало свое дело. Я умиротворенно смотрю, как ниггер ловко вскапывает грядки, приплясывая под веселые мотивы, льющиеся из колонок. Акустика пещеры создало ощущение, что находишься на живом концерте. Прикрыв глаза, я даже ощутил горячее солнце Ямайки, услышал пение птиц, шум океана и песни добродушных раста, танцующих в теплом прибое. Все-таки Лена бывает иногда права.

Нужно дарить добро. Ядерная война никогда не случилась бы, если бы властьимущие знали толк в хороших сортах ганджи. А от бухла только звереют люди. Яркий пример – Вован.

Внезапно атмосферу позитива и расслабления прервал нечеловеческий рев. УУУЫЫЫААРРРГХХ!!! Открыв глаза, я увидел визжащего нигу, пулей вскарабкавшегося по колонне под самый свод пещеры. Из темного прохода огромными прыжками скачет уродливая тварь, роняя слюну из безобразной пасти. Как гром бабахнул револьвер. Поганый мутант свалился замертво, перекувыркнувшись несколько раз.

Грядки попортил, сука! Наверно, его привлек музон. Я сделал потише. Сколько еще их тут бродит? А если они размножаются каким-то образом? Херово…

Стоило больших трудов заставить слезть посеревшего от ужаса ниггера. Пришлось с силой дернуть цепь.

– Ты не бойся, бро, – я закурил сигу, – видишь, он дохлый. Лопатой, короче, на куски порубай и закопай в грядках. Понял?

– Харащьо…

– Ладно, пока!

– Стоп! Стоп! Стоп! – воскликнул черный, падая на колени.