Правда, до недавнего времени тут всего полторы тысячи баксов было. Две с половиной она пару дней назад притащила, ей заплатили!

– За что? Где Римма могла получить такое большое вознаграждение?

– Не знаю, – грустно ответила Ира, – она совсем поздно прибежала, около полуночи, дико радостная, сунула мне конверт и шепнула:

– Спрячь, тут доллорешники.

– Ох и ни фига себе, – воскликнула Ира, – откуда столько?

– Дали.

– За что?

– За работу!

– Какую? – испугалась Ира.

Маслова очень хорошо знает: длинные рубли никто просто так не отмеряет. И чаще всего большие деньги потом оборачиваются крупными неприятностями.

– Ерунду сделать надо, – зашептала Римма, – одноклассника моего завтраком угостить. Прикинь, как мне повезло.

– Ты с ума сошла, – покачала головой Ира, – за такое две с половиной тысячи не дают. Ой, смотри не вляпайся в дрянь.

– Мой одноклассник, – принялась объяснять Римма, – поругался с одним парнем, тот очень богатый, его родители деньгами просто нафаршированы. Ему эти баксы как тебе копейка. Кирилл этого богатенького идиотом при ребятах выставил, вот он и надумал отомстить. Мне велено ему в портфель завтрак запихнуть, его собственный вытащить, а новый положить.

– И что?

– А то, – захихикала Римма, – там пургена полно будет, чтобы Кирюха обосрался! На уроке! Вот умора-то!

Ира с недоверием глянула на подругу. Но в глазах Риммы сверкало лишь неприкрытое веселье.

– Все равно деньги огромные, – повторила Ирина. – Ладно бы тебе за такую шутку сто баксов дали, а то тысячу!

– Эй, погоди, – прервала я ее, – ты же только что называла совсем другую цифру – две с половиной тысячи.

– Остальные она потом донесла, – объяснила Маслова. – Тоже очень поздно прибежала и новый конверт сунула.

Ира очень удивилась и воскликнула:

– Ну ты даешь! Под золотой дождь, что ли, попала?

– Не-а, – замотала головой Римма, – все от тех же богатеньких баксы. Они мне теперь платить будут.

– Интересно, с какой стати? – прищурилась Ира.

– Потом объясню, сейчас спать охота, – ответила подруга и унеслась.

Но поговорить им так и не удалось, Римма умерла.

– Борискина не называла случайно имени того богатого парня, который замыслил накормить Кирилла сильным слабительным?

Ира покачала головой:

– Нет, только я все равно знаю, чей он сын.

– Говори скорей! – нетерпеливо воскликнула я."

"– А этих Касаткиных, – выпалила девушка, – врачей, у которых она собак прогуливала. Они жутко богатые, машины имеют, целых две, да не «Жигули», а иномарки. Хозяйку Наташей зовут, а самого Борисом Сергеевичем, он в институте преподает и бешеные тысячи небось с людей за поступление берет. И у них сын есть, Виталик, жутко противный, ленивый кабан. Только Римка ему постоянно угодить хотела, чуть ли не ботинки чистила.