Мы с вами ехали из Родниково в одном вагоне электропоезда."

"— Как же вы оказались на кладбище?

— Помог попутной старушке отыскать сюда дорогу.

В подслеповатых глазах Лазаря Симоновича мелькнула ироничная искорка:

— Оказывается, вы из бюро добрых услуг?..

— Нет, я из уголовного розыска, — решил больше не лукавить Голубев.

На лице старого одессита не появилось ни испуга, ни удивления. Он спокойно сказал:

— Тогда вы должны знать товарища Шахматова.

— Виктор Федорович мой вышестоящий начальник, — ответил Слава. — Не так давно я присутствовал при вашей беседе с ним.

— Не помню. Но именно Шахматов посоветовал мне обратиться к прокурору Бирюкову…

За разговором незаметно дошли до прокуратуры. У входа им встретилась, как показалось Голубеву, озабоченная Галактионова. Сухо поздоровавшись с ним и не обратив ни малейшего внимания на старика, Юлия Николаевна торопливо зацокала каблучками по дорожке между цветочными клумбами к автобусной остановке.

Антон Бирюков находился в своем кабинете со следователем Лимакиным. Они оживленно, как понял Слава, что-то обсуждали, но с появлением худощавого Лазаря Симоновича сразу умолкли. Голубев представил старика. Бирюков предложил Химичу стул и участливо сказал:

— Рассказывайте, Лазарь Симонович, с чем пришли…

Химич осторожно сел.

— Я старый одесский портной… — старик тяжело вздохнул и слово в слово повторил историю поиска своей дочери при поездке в Красноярск, которую Голубев слышал от него в кабинете начальника областного отдела розыска Шахматова.

Бирюков хотя и знал об этом со слов Голубева, однако выслушал старика внимательно. Только после того, как Химич умолк, Антон спросил:

— Какую помощь, Лазарь Симонович, хотите получить от нас?

Старик развел руками:

— Не могу вычислить убийцу моей дочери.

— Вы уверены, что она убита?

— Мое старое сердце это подсказывает, но не знаю, что делать дальше. Как искать Соню? Шахматов, хороший человек, утешает, что доведет розыск до конца. Говорит, вроде бы в вашем районе намечается какой-то след, но все это так ненадежно. Мне мало осталось жить и, если не отыщу перед смертью свою единственную дочь, ее никто не… — у Химича перехватило в горле, и Бирюков постарался его утешить:

— Мы сделаем все возможное, чтобы установить истину.

— К слову, Антон Игнатьевич, — обратился к Бирюкову Слава Голубев. — В райцентре, оказывается, жила сватья Лазаря Симоновича. Виноградова Ольга Модестовна…

— Да, да, — подхватил Химич. — В августе прошлого года мы с Максимом ее похоронили. Тогда с нами еще была Соня.

— Долго Ольга Модестовна здесь жила? — заинтересовался Бирюков.

— С пятьдесят седьмого года. После реабилитации, вернее, до того Олю определили сюда на поселение.