Я даже с тревогой начинаю потихоньку справляться, хотя откуда она (кроме того, что перед мысленным взглядом то и дело маячит Виктория с бриллиантом) я до сих пор не понимаю. Списываю на последствия панической атаки — я сейчас на нее вообще все списываю.

Несколько минут, пока Авдеев что-то энергично набирает на ноутбуку, набираюсь смелости, чтобы предложить ему остаться на ночь, и когда, наконец, решаюсь, лежащий под подушкой телефон начинает вибрировать. Я достаю его, пряча экран от Вадима."

"Марина-ноготочки: Ты, сука, решила поиграть со мной? Думаешь, я не знаю, где ты? Я даю тебе последний шанс, курочка. Или ты даешь мне то, что нужно, или я сам приеду за этим. И поверь, тебе это очень не понравится.

Меня снова накрывает паника. Я сую телефон под подушку. Руки дрожат.

— Что такое? — Вадим поднимает на меня взгляд.

— Ничего, — вру, пытаясь улыбнуться хоть как-нибудь. — Просто спам какой-то дурацкий.

Он смотрит на меня еще несколько секунд, потом снова возвращается к работе.

И телефон пищит снова, но на этот раз уже у него.

Прикладывает к уху, бросает пару сдержанных фраз, хмурится, бросает взгляд на часы, потом — на меня.

— Да, хорошо, сейчас буду, — бросает в динамик как будто слегка раздраженно. Убирает телефон в карман, тянется за лежащим на спинке кресла пальто. — Мне нужно в офис. Это важно, Кристина.

— Вернись… пожалуйста, — прошу я, когда Вадим захлопывает крышку ноутбука, явно собираясь взять его с собой. Так я понимаю, что он уже точно не вернется. — Пожалуйста…

Он секунду смотрит на меня, как будто оценивает каждую мелочь — как я выгляжу, как смотрю, достаточно ли умоляющим звучит мой голос. На мгновение кажется, что сейчас мотнет головой, но нет — просто кивает

— Хорошо, только ключи возьму, чтобы не будить. Поспи, ладно?

Ноутбук оставляет на кофейном столике. И уезжает.

Я лежу в кровати. Одна. Выключаю телевизор, потому что каждый лишний звук буквально режет нервы. А в тишине внезапно снова становится тошно.

И когда на телефон снова «прилетает» от Гельдмана, даже звук вибрации кажется слишком громким. Способным довести до безумия. На этот раз он присылает откровенную угрозу: «Я знаю, где ты живешь, сука. Если через час я не получу то, что нужно — я приеду и тогда ты все равно скажешь все, что я хочу, но, боюсь, способ развязать тебе рот, будет малоприятным».

Кажется, мой «любимый крестный» даже не допускает вариант, что я действительно могу ничего не знать. А я допускаю все, особенно то, что он выполнит угрозу.

Страх стремительно подкатывает к горлу.

Парализует.

Дезориентирует.

Я не понимаю, что происходит, все смешивается в один замкнутый круг: Виктория, кольцо, ложь Вадима и его нежность, Гельдман, Дэн, тошнота, отец, мама, кошмары…

Все смешивается в один безумный, удушающий клубок.