У него с женщинами проблем не было в принципе, но так как интимная жизнь имела весьма большое значение, то приходилось выкручиваться. Нет, стоило бы Хину намекнуть, в его распоряжении было бы немало девиц… но это же такие проблемы потом! Поэтому на «охоту» выходил шут, который, кстати, не был совсем уж иллюзией. Скорее, копией самого Мастера, каким он был до того, как попался Серебряной Госпоже, до того, как… умер в первый раз. Фениксы возрождаются немного иными, чем умирали. Тело подстраивается под состояние души.

– …Значит, так и будет, – ворвался в думы залюбовавшегося луной Пытки голос его коллеги. – Хин! Ты меня вообще слушаешь?!

– Прости, – качнул головой блондин. – Да, ты прав. Такая структура позволит нам свести к минимуму самородков вроде Зеркальника.

– Скорее уж самовыродков, – буркнул брюнет, который, видать, так и не простил, что эта так и неизвестная сволочь мало того что удрала не только от него, но и от всей команды Хранителей, так еще и на прощание так по башке заехала, что потом неделю даже думать больно было! Наверное, Смерти стало бы немного легче, если бы он знал, что самой «сволочи» тогда не меньше досталось. Но боевые раны Зеркальника скрашивало осознание собственной замечательности. «Я ускользнул от восьми Хранителей стихий, и все еще живой! Да и на прощание Хранителя вырубил! Красота!» Впрочем, неуловимый тип, который шастал по зазеркалью, как по бульвару, был загадкой не только для всех структур, которые уже лет пять развлекались сами и развлекали свою «жертву» тем, что пытались его поймать.

– Ну, ты критичен, – улыбнулся Лельер и, перешагнув через светящуюся ленту, огораживающую место преступления, решительно направился к команде специалистов, топчущихся в стороне. Подойдя, он обратился к высокой фигуре в мантии, стоящей чуть в стороне. – Потом предоставите мне отчет. И да, чтобы сегодня днем тело было у меня в лаборатории, вместе со всеми данными, что сможете получить самостоятельно.

– Да, Мастер, – почтительно склонился палач Тьмы.

– Отлично, – кивнул Хинсар и оглянулся, опознавая район, а потом обратился к Смерти: – Если я больше не нужен, то пойду.

– Могу дать машину, – предложил Айлар, с тревогой глядя на утомленного Пытку.

– Да… – через несколько секунд проговорил блондин. – Не помешает.

Час спустя, уже у себя дома, Лельер Хинсар сидел в кресле около камина в своей комнате. Пламя поблескивало во влажных волосах, играло на прикрытых ресницах. На миг один из язычков огня стал синим, но тут же вернулся к прежнему цвету. Но на полешке появилась небольшая ящерка, с самой поганейшей ухмылкой на морде.

– Джар, – с улыбкой произнес Мастер. – Ты поздно.