Вы интересно реагируете, мне интересно вызывать вас на откровенность. Все взаимосвязано.

Я подавилась очередным высказыванием, перевела дух, соскребла остатки чувства собственного достоинства и промолчала!

Молчала долго. Вышли из Академии и двинулись вниз по улице.

Еще через пару домов последовала очередная подколка.

Я не отреагировала.

Идем. Молчим. Я уже собой почти довольна.

Вторая попытка завести разговор, но уже на нейтральную тему, в стиле «Какое небо голубое». Не ведусь.

Мия, немного осталось сегодня выдержать, отдать этот своеобразный «долг», и все!

И, разумеется, никакой работы на него!

Я не выдержу, и придется извиняться снова. И за дело.

– Студентка Гаилат! Прекратите меня игнорировать!

– Я могу рассчитывать на адекватное поведение? – ровно спросила я.

– Встречный вопрос, – недовольно буркнул кошмар моего сегодняшнего дня.

– Какой же вы… – расстроенно взглянула на Пытку.

– Какой? – неподдельно заинтересовался он.

– Сплошное разочарование, – честно призналась я. – Вы… вы не такой, каким должны быть, занимая эту должность. Имея такое звание! Вы – гордость сектора, вы должны соответствовать! А не играться с вверенными вашей опеке студентками! – немного подумала и злорадно продолжила: – Кстати, это называется «злоупотребление служебными полномочиями» и карается, насколько я знаю, весьма жестко. Большими штрафами или даже лишением свободы!

– Знал бы, чем обернется для меня мой же законопроект по защите лиц, находящихся в подчиненном положении, первым бы проголосовал против! – недовольно пробормотал Хин.

– Вот и будьте достойны своих свершений! – пафосно закончила я.

– Боевой лепрегномик, – хмыкнул синеглазый, повернулся, обгоняя меня, и застыл напротив, вынуждая остановиться. – Поверьте, я достоин своих свершений. Хотя многие из них не делают мне чести. Вы все еще уверены в правильности своих рекомендаций, леди Миямиль?

– Вы мастер играть словами, – уже несколько устало призналась я. – И я вам тут не конкурент.

Он несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, которые я не отводила просто-таки гигантским усилием воли, а после вздохнул, поднял открытые ладони, древним знаком демонстрируя чистоту намерений, и сказал:

– Прошу прощения, был во многом не прав.

– Вы странный, – честно призналась я и пошла вперед. – С первой встречи… странный.

Шаг, второй, третий…

На четвертом меня накрыло осознание случившегося.

Я нахамила Мастеру Пытке!

Мамочка…

Ножки ослабели, и я машинально оперлась о стену дома.

Я его унизила. Я наговорила много непозволительного.

Папочка!

Мне плохо.

Да, он и сам ведет себя далеко от адекватной линии, но это же Хин. Он хоть на голове ходить может, и это будет считаться нормальным.