— Когда вернемся, спрошу этого несчастного — хочет ли он остаться на корабле или мне лучше обменять его в Холмах на другого кузнечика. Ставлю накопительный кристалл — человеческий парнишка сделает правильный выбор. Вымолит один выходной в неделю на девиц, но работать будет за троих и руки мне целовать. Хм… голова болит, будто по ней тролли топтались.

Они перебрасывались фразами, словно сидели в гостиной, а не находились среди пострадавшей в драке рубки. Но если Вальтез был действительно хладнокровен, то менталистка скрывала целую бурю. Кажется, победный удар по кузнечику мне еще припомнят.

Присцилла поднялась и побрела к валяющемуся на спине Дэйву, время от времени потирая виски и постанывая. Неаккуратно я память стерла. Ну уж, как смогла. Огрехи все равно спишут на буйство кузнечика.

Ноги не держали совершенно, поэтому, не сопротивляясь желанию поскорее усесться на пол, а лишь подкорректировав его, я выпустила кота из рук и опустилась на холодные доски. По ладони кольнули упавшие осколки.

Так, надо осторожно выдохнуть, удержаться и не рухнуть ничком. Чрезмерное ослабление может вызвать подозрение, а я бы предпочла стать сейчас как можно более незаметной. Задача номер один — выжить. Задача номер два — помочь Фаворре. И выяснить что с его тигром. Командир жив, это главное, а дальше регенерация возьмет свое, нельзя же потерять способность к обороту, правда? Сейчас я найду в себе силы и подползу… в смысле — подойду к нему.

Сощурившись, я поморгала, пытаясь таким образом сбросить красное марево, плывущее перед глазами. Где он?

К моему удивлению командир привалился к стене и по-прежнему стягивал рукавом остаток руки. Красные капли собирались на ткани и продолжали капать, хотя рана оборотня давным-давно должна была закрыться.

Внезапно он начал сползать вниз.

Диего! Я стартанула чуть ли не на четвереньках, едва не споткнулась о кота, но сумела вскочить на ноги. И тут меня за локоть поймал Рубиновый лорд.

- Не лезь, человечка, только помешаешь, — процедил он. — Вальтез подлечит твоего хозяина перед отъездом в Холм, а там Десятому и руку вернут.

От распахнутого камзола Тарталя пахло жженным сахаром, душно и сладко. Резкий аромат вызывал легкую тошноту, а разящий, почти не смягченный флер добавлял головокружения. Я смотрела как рубка заполняется незнакомыми оборотнями, в туманном неверии слушала распоряжения Вальтеза. Он похвалил пришедших за то, что выдержали, не ворвались в помещение раньше времени и не попали таким образом под «боевой флер, которым мы захватывали корабль», а потом отдал команду отнести «пострадавшего лорда» в свою каюту.

Все делали вид, что никакого кузнечика не было, а валяющийся в углу парень — чей-то зазевавшийся, попавший под удар магии слуга.