Обычно Кира засыпала без проблем. Но сегодня чувствовала – чтобы заснуть, необходимо хорошенько расслабиться.

– На секс я даже и не рассчитываю, – сосредоточенно пересчитывая в темноте ступеньки, бормотала она себе под нос. – Значит, придется напиться.

В шкафчике, ошибочно принятом Кирой за бар, на самом деле находилась богатая коллекция… минеральной воды и соков."

"– Если и в кухне ничего не найдется, схожу к охране, – в полном отчаянии решительно заявила Кира. – Или загляну к этому дяде Мите. Не может быть, чтобы и этот был трезвенником, как его брат. Не похож он на трезвенника.

На столь большие жертвы идти не пришлось. Кира обнаружила в глубине одного из кухонных шкафчиков внушительную батарею винных бутылок. Тут был херес, сухое красное вино, десертное белое и парочка ликеров. А позади всего Кира (ура-ура!) обнаружила подозрительно знакомую плоскую крутобедрую бутылочку. Весьма вместительную, надо сказать.

– «Хеннесси»! – мечтательно прошептала Кира. – Мой милый, любимый, дорогой!

И, прижав к себе бутылку, она влюбленно промурлыкала:

– Да тут хватит, чтобы не один стресс снять!

Насладившись мыслью о том, что драгоценное сокровище найдено, она больше не задумывалась, правильно ли поступает, присваивая коньяк.

– Виктор Алексеевич сказал, что мы можем чувствовать себя у него в гостях как дома. А что бы я сделала дома, если бы не смогла заснуть? Правильно! Выпила бы рюмочку для расширения сосудов.

Кира выбрала среди чистой посуды один бокал, от души плеснула в него золотистой жидкости и сделала глоток.

– Вот теперь стало лучше, – прислушиваясь к растекающемуся по ее телу теплу, мечтательно произнесла Кира и совсем уж сонным голосом добавила: – Теперь можно и бай-бай.

И она двинулась в обратном направлении, нежно прижимая к своей груди бутылку. Но когда она ступила на первую ступеньку лестницы, внезапно тишину ночи разрезал дикий крик. Кира вздрогнула. И драгоценная ноша, выскользнув, полетела на пол. А крик раздался снова. И безмолвный темный дом внезапно ожил.

Глава 7

Всюду захлопали двери. Послышались возбужденные голоса. За окном раздался лай сторожевых псов, которые всегда первыми чуяли, если у людей случалось что-то неладное. И со всех сторон слышался один и тот же вопрос.

Кира бережно подняла с пола бутылку (какое счастье, что в этом доме на лестнице лежат такие толстые ковры) и лишь потом соизволила ответить Нине, которая тряслась на площадке второго этажа, словно не решаясь спуститься вниз.

– Что произошло?

– Кто-то кричал, – пояснила ей Кира. – Там.

И она протянула руку налево от гостиной.

– Там папа! – побледнела Нина.

– Не знаю. Крик скорее был женский.

– Все равно! Папа! Папочка! Папуля! Что случилось?

С воплями Нина скатилась вниз по лестнице.