Но похитители обещают прислать сегодня какой-нибудь фрагмент Бори.

– Ой! – содрогнулась Настя.

Некоторое время девушки обсуждали ситуацию. И наконец Кира спросила:

– Никак не могу поверить, чтобы Борис не упоминал при тебе о том, что на его жизнь кто-то покушается.

Настя подняла на Киру свои большие глаза.

– Ты полагаешь, что люди, которые покушались на него, они же его потом и похитили?

– Почему бы и нет?

– Нет.

– Почему нет?

И Настя медленно покачала головой:

– Нет, потому что нет!

– Ты что-то знаешь? Говори! – потребовала у нее Кира.

Настя посмотрела на Киру и со вздохом произнесла:

– Этот придурок, мой братец Сережка, когда дядя Коля привез и запер меня в том фургончике, что-то ныл в свое оправдание.

– Что же?

– Ну, он мне сразу проговорился, что они с дядей Колей задумали с родственников Бориса денег срубить по-легкому. А чтобы я им не помешала, до поры до времени побуду с ними.

– Ну и?

– А еще Сережка мне говорил, что они не на ровном месте эту махинацию выдумали. Дескать, Борис им денег остался должен за выполненную работу. Дескать, потому они и хотят деньги под видом выкупа снять.

– Потому что он им должен? За что же? За какую работу?

– В том-то и штука! Сережка сказал, что это они на Бориса все те покушения устраивали!

– Что? – ахнула Кира. – Покушения? Они? Но зачем?

У нее в голове эта новая информация совершенно не желала укладываться. Дядя Коля мог познакомиться с Борисом только через свою племянницу. Но в связи с чем он мог воспылать такой ненавистью к ее жениху из богатой семьи, чтобы попытаться отправить его на тот свет? Да еще действовать при этом так настойчиво. Ведь попыток было множество.

– А они вовсе и не пытались убить Бориса или причинить ему серьезный вред, – сказала Настя.

– Что же тогда?

– Я так поняла, что это только со стороны все должно было выглядеть так, будто бы Борису грозит опасность. А на самом деле ее не было. Все было чистой воды спектаклем.

– Так это они пытались задавить его?

– Да.

– И кирпичи со стройки – тоже их рук дело?

– Да. Но Борис требовал, чтобы покушения всегда осуществлялись при свидетелях. Отсюда и нападение грабителей, и следы схватки на лице Бориса.

– А стреляли в Бориса тоже они?

– Да.

– А яд? Отравленные конфеты тоже дело рук твоего дяди и брата?

Но насчет конфет Настя высказалась совершенно однозначно. С ядом ее дядя никогда не связывался. Такие деликатные поручения не по его части. Вот драка с поножовщиной, вымогательство или грабеж – это его стихия. А запаковывать отравленные конфеты в целлофан, да еще так, чтобы никто не догадался, что коробку уже вскрывали, это не по его части.

– На дядю это совсем не похоже. Да и Сережка насчет яда мне ничего не рассказывал. Машиной они Бориса давили. Кирпичи кидали.