А разве так можно с родной-то матерью! Вот, попомни мое слово, прокляну я его еще! Ой, прокляну. А страшней материнского проклятия нет ничего на свете! Ты это знаешь?

Светлана снова пристально смотрела на Киру. Похоже, выпив, она становилась агрессивной. С такими людьми нужно держать ухо востро. Но пока агрессия Светланы была направлена на ее сына, которого, как поняла Кира, звали Борей. Борей? Борисом?! Не может быть!!! Киру словно кипятком обдало.

– Вашего сына зовут Борисом? – сдавленным голосом произнесла она. – Это вы его так назвали?

– Да что ты! Я его Ванькой назвать хотела.

– Почему?

– А все нищета проклятая. Пришлось родное дитятко в чужие руки отдать. Так бы и померла, не повидав сыночка. Да спасибо, Людка меня разыскала.

Туман в голове у Киры понемногу рассеивался. Но все равно еще очень много непонятного оставалось в этой истории. К счастью, Светлана, жахнув очередной стаканчик, ударилась в лирику. Ее потянуло излить душу. А так как самым верным и, можно смело утверждать, единственным слушателем в этот момент была Кира, то ей и достались все откровения пьяницы.

А история вырисовывалась следующая. В молодости Светлана была хороша собой, весела и пользовалась громадным успехом у мужчин. Проверить данный факт Кира не могла, поэтому просто приняла его на веру. Как, впрочем, и все остальное, рассказанное опьяневшей женщиной.

– Кавалеров возле меня крутилась тьма-тьмущая. И все интеллигентные, с деньгами. На машинах меня катали. Жениться даже хотели.

Но свое сердце Светлана отдала не интеллигентному с машиной и деньгами, а некоему Юрику – простому работяге с целлюлозно-бумажного завода.

– Но хорош, собака, был! – восхищенно прицокнула языком Светлана. – Даже сейчас его вспоминаю, сладко делается. Ведь было же что-то стоящее и в моей жизни. Недаром жила. И Борька наш – это плод настоящей любви.

На деле Борис был результатом бутылки дешевого портвейна и порвавшегося презерватива отечественной резиновой промышленности. Но дела это не меняло. Поняв, что залетела, Светлана поспешила сообщить радостную новость своему возлюбленному. И для нее стало настоящим потрясением, что любимый, оказывается, вовсе не горит желанием стать счастливым отцом.

– Молода я тогда была. Жизни не знала. Думала, любовь у нас. А любовь-то только до первого испытания была, – вздохнула женщина.

Этим испытанием для молодой пары стала беременность Светланы. К сожалению или к счастью, кому как решать, в юности она была не только доверчива, но и беспечна. Потому к врачу пошла, когда ее беременность перевалила на четвертый месяц. Аборт делать врач решительно отказалась.

– Рожать тебе нужно. Муж-то есть?

Узнав, что мужа нет, но есть жених, врач как-то помрачнела.