Но, наверняка, новость о том, что “Крылья Рух” разбиты пиратами уже дошли до столицы. А это означало, что островитянин наверняка обладал теми же сведениями.

Уповая на благоразумие Эйнена, Хаджар надеялся, что тот максимум — добрался до Даригона и теперь ждет друга.

Но все эти мысли, как и прочие, отошли на второй план, когда они встали на вершине скалистого холма. Здесь, кроме старого, мертвого дерева, ничего уже и не “росло”.

Петляющая тропика, высеченная в скале, ступеньками уходила все ниже в ущелье, плавно переходя в широкий проспект, ведущий к тяжелым кованным решеткам врат дворцового барбакана.

Иначе, как дворцом, это пугающе прекрасное строение назвать язык не поворачивался

Оно, огромное по площади, стояло на вершине скального гребня. С остальным ущельем дворец соединял утопающий, как и половина строения, в тумане длинный мост. По его периметру возвышались высокие башни, украшенные статуями различных монстров.

Мост уходил к высокой арке, так же увенчанной башнями. Длинные, острые, будто когти, они увенчали весь замок, сделав его похожим на спину ощерившегося перед боем дикобраза. Одновременно пышный и помпезный, он выглядел тяжелым и монументальным.

Витражи, цвета мокрого пепла, сливались с серой каменной кладкой и бесконечным барельефом. Статуи же украшали все бесчисленные башни и шпили.

В некоторых из них Хаджар узнал главных действующих страшилок, которые мать рассказывала ему на ночь.

— Пойдемте, — поторопила Аркемейя.

— Что это? — спросил Дерек.

По крутым ступеням узкой тропинки приходилось ступать очень аккуратно. Аркемейя же и вовсе, привязав коня около мертвого дерева, держалась при спуске за край скалы.

Им же, скованным одной цепью, такую роскошь было себе не позволить.

В итоге, гремя цепями, они осторожно спускались.

В какой-то момент один из Ласканцев неправильно поставил ногу и, если бы не могучая физическая сила (не зависимая от энергии и потому не заблокированная цепью) орка, то вся связка полетела бы в пропасть туманного ущелья.

Спустившись с холма, они оказались около решетки барбакана. Их Аркемейя открыла взмахом руки. Тяжелая решетка со скрипом поднялась и исчезла в камне строения.

Открывшийся им мост выглядел так, будто сошел с картин детских кошмаров.

Укутанный туманом, раскинувшейся над пропастью, он был каким-то потрескавшимся и с виду ветхим.

Хаджар ступал по нему едва ли не с большей осторожностью, чем по высеченным в скале ступеням.

Чем дальше они по нему шли, тем суровее становилась атмосфера, создаваемая замком. Если бы не зелье, приготовленное Степным Клыком, то ласканцы уже если бы не праотцам души отдали, то лежали бы здесь без сознания. А так, пусть и с трудом, но они продвигались сквозь становившийся осязаемым туман.