Они не могли поверить своим глазам. Врата Луны, простоявшие на пороге Лунного Пика несколько эпох, теперь были не более, чем грудой камней и алых щепок.

А на них, без тени зазрения совести и грамма почтения, топча святыню ногами, стоял Хаджар Дархан. Позади него сверкали молнии и бил яростный гром.

Его меч выглядел клыком дракона — таким же хищным и беспощадным. И синие одежды, развеваясь позади, делали дувший с севера ветер, никогда не приходивший в эти края, таким морозным, что изо рта людей вырывались облачка пара.

Хаджар смотрел на этих людей и его сердце обливалось кровью.

Он должен был сделать то, что должен и, когда придет время — отдать за это сполна…

Может именно этот крест нес все эти века Орун?

Что же — если справился учитель, то ученик не может подвести своего мастера.

— Стойте спокойно, принцесса, — прошептал Хаджар.

Он взмахнул мечом и принял атакующую стойку.

— Что ты задумал, Хаджар?! — воскликнула бледная Акена.

Она тоже не могла поверить своим глазам. Врата Луны, о которых, еще будучи ребенком, она слышала от дворцовых учителей множество историй и легенд, вдруг оказались разрушены.

— Я все еще не так силен, как мой учитель, — продолжал, словно не замечая вопроса, Хаджар. — Так что не смогу одновременно сражаться и защищать вас. И, клянусь Высоким Небом, я не смогу пережить, если с вами что-то случиться?

“Не смогу пережить, если с вами что-то случиться” — эти слова, произнесенные могучим воином, заставили сердце Акена пропустить один удар.

Почему-то, несмотря на пронизывающий холод, она ощутила, как где-то в груди поднимается жар. Но, встряхнув копной рыжих волос и собравшись с мыслями, уже совсем иным тоном, она произнесла:

— Хаджар Дархан, дочь твоего Императора спрашивает у тебя, что ты задумал?

Вокруг Хаджара вновь взорвался столп энергии и один лишь он покрыл весь горный пик, на котором он стоял, вплоть до самого основания, вереницей глубоких трещин.

— Они не дадут нам перейти на другой пик, принцесса, — спокойным, но полным битвы тоном, произнес Хаджар. Его глаза смотрели только вперед и в них не было сомнений. — чтобы исполнить приказ вашего отца, у меня есть только один выход — сражаться.

— Сражаться с кем?! — Акена не могла поверить в то, что она услышала. — С целой сектой?!"

"Еще недавно она, при открытии Турнира Двенадцати, увидела пусть и талантливого, красивого, мужественного, но почти ничем не примечательного мечника. Мечника, который с трудом мог бы выдержать хотя бы несколько ударов не то, что брата, а её самой.

И теперь, не прошло и двух лет, как этот же самый мечник собирался биться с сектой Лунного Света. Один. Против тысяч адептов, которые считались бы элитой даже в Даанатане.