И я обречённо добавила: — За дополнительное пожертвование.

Эзалон кивнул и жестом предложил мне войти в натянутое на раму полотно с вышивкой.

Мне показалось, что меня всю переломали. Я вывалилась в переулок и привалилась к стене, сдерживая тошноту. Меня всю трясло, перед глазами плясали цветные пятна.

Потребовалось минут десять, чтобы прийти в себя.

Ещё через десять я лезла в окно второго этажа, чтобы раздобыть менее приметную одежду.

* * *Не думала, что когда-нибудь обращусь за помощью к подпольному целителю, но… пришлось. Мастер Вольден был талантливым магом, но неудачная любовная связь, явившийся не вовремя муж, драка, смерть этого самого мужа… сопутствующее расследование, выявившее и нелегальную практику, и изготовление нелегальных препаратов.

Попасть бы Вольдену под суровое наказание, но он сбежал, а его целительские навыки и авантюрный характер весьма понравились преступникам, и Кривой Лок взял его под своё крыло, так что ИСБ в рамках взаимовыгодного сотрудничества пришлось закрыть глаза на беглого преступника, проживающего прямо в Столице.

Я сильно рисковала, даже инкогнито приходя к нему, но… он — целитель.

И в болезнях и прочих недугах понимал намного больше, чем Дарион, проходивший лишь курс первой помощи.

Пришлось изображать драконессу, переодевшуюся в мужскую одежду. Естественные формы, рост на ладонь выше, немного вихляющая походка, каштановые волосы с рыжим отливом, более острый подбородок и широкие скулы, перепуганный взгляд зелёных глаз и дрожащие губы — всё это делало меня достаточно непохожей на Халэнна Сирина, чтобы попробовать эту авантюру.

Неожиданной проблемой оказалась… очередь к нелегальному целителю.

В пахнущем свежестью и кровью холле дома, где он вёл свою практику, было восемь существ, в том числе и один числившийся в розыске грабитель, прижимающий к груди обмотанную кровавым полотенцем руку. Простуженный и жутко кашляющий маг из свиты Кривого Лока. Пара уличных девиц. Какая-то бабка, трое мутных типов… Я даже остолбенела, оглядывая эту разношёрстную компанию. Они на меня не смотрели. И друг на друга тоже. Похоже, здесь было принято не пялиться на соседей по очереди.

Я подошла ближе к крайнему пациенту.

— Плачу за проход вперёд, — предупредила грубовато-ломким голосом и пошла вдоль клиентов, бросая каждому по серебряной монете. В лицо мне никто не смотрел, один из мутных типов попытался возмутиться, но тут дверь к целителю открылась, выпуская матерящегося старика, и я юркнула в пропахшее целебными зельями помещение, чуть не снеся по пути самого мастера Вольдена.

Его такое поведение ничуть не удивило, он закрыл дверь и направился к своему столу.