Постаралась рассредоточиться, слиться с окружающим пространством, стать частью воздуха, пола, всего. Стать невидимкой для всех органов чувств, кроме зрения и обоняния. Если Элоранарр намерен дёргать отца за хвост, я не хочу, чтобы император обратил на меня внимание. Глядя в пол, я дышала ровно и размеренно.

«Меня здесь нет», – повторяла фразу, помогавшую войти в состояние условной невидимости: в ней остальным существам сложнее меня заметить.

У императора Карита имелись все причины для гнева: вассалы подняли мятеж, он испугался и остался во дворце из-за ловушки, которой не было, и сын не преминул укорить его за эту ошибку.

– Вы что, все с ума посходили?! – император Карит встал.

Под шуршание золотых одежд спустился с возвышения и прошагал к арестованным. Вокруг него замерцали огненные искры, ветер колыхал пряди, а на полу от ног расходились волны, словно он ступал не по золоту, а по воде. Распахнув золотые крылья, со сверкающей на скулах золотой чешуёй, император казался ещё более величественным и страшным, но… меня это больше не впечатляло.

– Вы что, – рычал император, глядя то на Лёвенхорма, то на Моерра, – считаете это достаточно причиной нарушать клятву верности, законы, устраивать войну, отсылать моих посланников? Что за дикость? Вы должны были прийти ко мне! Если подозревали намеренный заговор против вас – написать заявление в ИСБ!

Придавленные громовыми раскатами голоса и магией, Лёвенхорм и Моерр склонялись к колыхавшемуся золотому полу. Альвир и Данарр вовсе распластались по нему, прикрыв головы руками.

– Я боялся огласки, – пролепетал Лёвенхорм. – Это… такое…

– Я не мог рассказать об этом позоре, – сдавленно прошипел Моерр.

Император схватил его за светлые кудри и дёрнул вверх, прорычал в лицо:

– А о том, что сражение поднимет шум во всём Эёране, что до причин я всё равно докопаюсь, и они из-за расследования могут разлететься по всему Эёрану, ты не подумал? О том, что я могу наказать вас тем, что придам это всё огласке, не подумал?

– Я бы обвинил Данарра в краже нашего родового сокровища, – прошептал Моерр. – Если бы я выиграл, Лёвенхорм предпочёл бы этот вариант, а не позор…

Рыкнув, император отбросил его в сторону и схватился за пепельные волосы Лёвенхорма.

– И ты тоже надеялся меня обмануть?

– Я… я должен был сделать всё возможное, чтобы Альвир сохранил статус наследника… это… не противоречит моей верности Аранским, я просто хотел обеспечить свой род сильным наследником, только и всего. И этот наследник служил бы вам верно.