Черт бы тебя побрал, Джефф, если бы у меня была такая лапочка, которая каждый вечер ждала меня с работы, то будь уверен, все свои ночи я проводил бы в ее постели.

– Но я не ты, – коротко бросил Джеффри, закрывая саквояж.

– Ты прав, малыш. Ты намного младше и необузданней меня."

"– Хватит. Я сыт по горло твоей болтовней. – Взяв с кровати саквояж, он пошел к двери. – Я не хочу, чтобы кто-то знал о нашем разговоре, ты понял?

Нед выпрямился, похожий на обиженного петуха.

– Ты прекрасно знаешь, что тебе нечего бояться.

– Ладно. Тогда до завтра.

– Прощай, босс. Увидимся утром.

Когда Джефф вышел из маленькой хижины и сел в седло, на старческом лице Неда появилась улыбка: «Если еще сможешь работать завтра утром…»

Глава 12

– Вам не стоит стучать в дверь, – впуская мужа в дом, улыбнулась Мег. – Ведь теперь это и ваш дом.

Джефф насмешливо взглянул на хозяйку.

– Где мне положить вещи?

– Наверху, первая дверь налево, – ответила Мег, озадаченная его показной неприветливостью.

Размышляя, в чью спальню попадет он сейчас за «первой дверью налево», Джеффри направился к лестнице. Поднявшись на второй этаж, на мгновение остановился, осмотрелся и вошел в просторную, с длинным рядом окон, выходивших во внутренний дворик, комнату. Совсем не похоже, что в ней когда-то постоянно жили. Без всякого сомнения, комната предназначалась для гостей. На бюро, равно как и на тумбочке у кровати, не стояло даже простенькой вазы. Взглянув направо, он обратил внимание на большой гардероб. Подошел к нему, открыл дверцу – пусто.

«Очень странный выбор. Выходит, что хозяин должен спать в комнате для гостей».

Уэлсли открыл саквояж и принялся небрежно швырять на кровать свои вещи.

– Значит, ко мне собираются относиться как к гостю? – уже вслух рассерженно пробурчал он.

Перевернув вверх дном сумку, он вытряс из нее оставшиеся вещи, отошел от кровати и с раздражением осмотрел комнату. «Мы еще посмотрим, госпожа Уэлсли!»

Быстро вышел из комнаты и, заглядывая с любопытством в каждую дверь, пошел по коридору.

Три следующие комнаты ничем не отличались от первой. И лишь в конце коридора он нашел, что искал. Это была огромная, роскошная спальня. На полу лежал толстый голубовато-кремовый ковер, а на широких окнах висели тяжелые бархатные голубые шторы. Обогнув кровать, Джефф подошел к окну, из которого открывался чудесный вид на горы.

– Да, – решительно кивнул он, – она моя.

Возвратившись в первую комнату, он не мешкая собрал вещи и перенес их в облюбованную спальню. Покончив таким образом с делом, направился к единственной непроверенной комнате и, не в силах совладать со своим любопытством, открыл дверь.

На полу гордо расстилался обюссоновский ковер. Его яркий рисунок из белых и розовых цветов создавал полную иллюзию цветущего весеннего сада.