"

"— Не знаешь? — резко отпускаю его волосы, беру со стола салфетки, обтирая ладонь. — А я знаю. Черви его съели. И даже знаю, кто этому поспособствовал. Почитай на досуге, очень интересно.

— Ты ничего не докажешь, — хрипит мудила, тоже берет салфетки, утирая гнилую кровь из носа, которая уже залила его рубашку.

— Не докажу, ты хорошо подтер за собой. Но это неважно. Мне не нужно ничего доказывать. Я просто запущу в сеть и на телевидение всю эту инфу, плюс видео твоих извращений с девочкой. Щедро поделюсь с твоими конкурентами и врагами. И они уже сами все раскрутят так, что ты, мразь, будешь мечтать сдохнуть.

— Хорошо, — сплёвывает на пол кровь, берет стакан с виски, судорожно глотая алкоголь. — Что ты от меня хочешь? Дочь я вам отдал. Денег? Сколько?

Смеюсь от души, запрокидывая голову. До истерики смеюсь. А хочется просто месить его на полу, так, чтобы раздробить все кости, чтобы от него осталось только мясо. Он сломал мне женщину. Любимую, прекрасную женщину. И деньгами это все не замажешь.

— Да на хуй мне твое бабло, я не бедствую! Ты возвращаешь Яне родительские права, сам же от них отказываешься и забываешь о ее существовании и существовании дочери.

— Хорошо, а где гарантия, что после того, как я все выполню, ты не используешь все против меня?

— А я тебе не бюро гарантий. Мало того, все это будет у меня для страховки, пока я не решу, что ты затух и не выкинешь что-нибудь, что не понравится мне.

— Хорошо, на неделе ей вернут права. И на хуй эта шлюха мне нужна, чтобы помнить о ней, — пренебрежительно кидает он мне.

— Ох, шакал… Ничему не учишься, — втягиваю воздух.

Подрываюсь и ударом в челюсть выбиваю мрази зубы. А потом впадаю в ярость, хватаю и начинаю месить его ебало в мясо. Адреналин кипит так, что мозг отключается.

— Леван. Леван, мать твою, все! — оттаскивает меня Тимур, и мне хочется и ему всечь за то, что останавливает. Но я беру себя в руки, отхожу, напоследок пиная скулящую гниду.

— В общем я все сказал. Делай красиво, — поливаю разбитые костяшки виски, оправляю одежду и иду на выход.

Мы с Тимуром спокойно выходим из комнаты, так же спокойно проходим мимо псов Ларина, а вот на лестнице ускоряемся. Мы же можем и не доехать до дома. Прыгаем в машину, гоним по трассе вперед.

— Билеты?

— Здесь, — стучит по бардачку Тимур.

— Хорошо. Ты тоже скройся и не высовывайся, пока все не затихнет.

— Разберусь, — лениво отмахивается Тимур.

Нет, я не возомнил себя бессмертным или супергероем. Я слишком много знаю, и Ларин просто так все это не проглотит. Он, может, и затухнет, но со временем прикопает и меня, и Яну по-тихому. Такие вещи не забывают. Всех, кто много знает, убирают. Тут один вариант – мне нужно топить его первым. И вся инфа, что у меня есть, уже завтра уйдет куда надо. Тараса и без меня сотрут с лица земли.