— Она все равно поймёт, что в доме женщина.

— А кем ты меня представишь?

— Ну моя мама не маленькая и прекрасно понимает, что у меня есть женщины.

— Она с каждой твоей женщиной знакомится?

— Нет, потому что ни одна женщина не жила со мной. Кроме того, здесь вообще никогда не было женщин, кроме матери и клининга.

Открываю рот и тут же закрываю. Нечего мне сказать. Должно, конечно, льстить такое признание, но оно напрягает.

— Представлю тебя своей женщиной.

— Что ты ей скажешь, когда наша сделка завершится? — поднимаюсь с кровати, понимая, что знакомство неизбежно.

— Пусть тебя это не волнует, — холодно заявляет мне Леван.

Он всегда меняется в лице и становится категоричным, когда я напоминаю, что мы не счастливая пара и наша сделка временна. — Одевайся и спускайся, — велит мне и покидает спальню. Резкий мужчина, эмоциональный, вспыльчивый. Качаю головой, иду в ванную.

Умываюсь, заглядываю в зеркало. Прекрасно. Снова засос на шее. Даже не помню, в какой момент он его оставил на моей коже. Быстро привожу себя в порядок, открываю шкаф, пытаясь понять, чем скрыть это безобразие на шее.

Вынимаю белую водолазку и серые строгие брюки.

Не совсем уместный наряд для дома, но…

Одеваюсь, собираю волосы в высокий хвост, косметика излишняя. Да и нет у меня цели понравиться. Нелепейшая ситуация.

Ну не знакомят с временными любовницами родителей. К чему все? Но желание этого мужчины – на какое-то время для меня закон.

На скорую руку заправляю кровать, прячу разбросанные вещи в шкаф, глубоко вдыхаю, выхожу. Нет причин для волнения, но я почему-то волнуюсь.

— А я приехала! — слышу категоричный голос женщины, когда спускаюсь. — С каких пор мне нужно приглашение, чтобы увидеть сына?

Видимо, Леван, и правда, не приглашал мать.

— А если бы меня не было? — отзывается Леван.

— Ну, нет так нет, уехала бы домой. Мне, знаешь ли, полезны прогулки, — строго сообщает женщина.

Спускаюсь.

Леван с матерью в зоне кухни. Мужчина сидит за стойкой, женщина что-то выкладывает в наш холодильник.

— Доброе утро, — здороваюсь я. Леван оборачивается ко мне, берет за руку и тянет к себе.

Женщина расправляет плечи, рассматривает меня, кивая. Очень внимательно рассматривает. Да не нужно так на меня смотреть и запоминать – я проходная женщина в жизни вашего сына.

Замечаю, что Леван очень похож на мать – те же выразительные черные глаза, волосы, черты лица. Только его мать по-женски мягкая, а он по-мужски грубый.

— Мама, это Яна, — представляет меня Леван. — Яна, это мама, Тамара Тимуровна.

— Можно просто Тамара, — улыбается женщина. — Очень красивая девочка, — обращается уже к Левану. — А я сына пришла накормить. Он в своих ресторанах желудок себе посадит, — начинает ругаться женщина. Но делает это так по-доброму, как самый родной человек.