— Надо было записать их телефон, — с некоторым запозданием произнесла здравую мысль Вера.

— Надо было, — согласился с ней я, — но теперь уже поздно. На 112 что ли звоним?

— Подожди, — тормознул меня Гриша, — полчаса еще не прошло — они вот-вот сами появятся или позвонят. А пока мы тут ждем, — обратился он к Вере, — ты бы дорассказала, что там этот мужик сказал… в болотном тумане который был, когда вы грибы собирали.

— Пожалуйста, — пожала Вера плечами, — у мен секретов нет — он рассказал мне и Маринке, что с нами произойдет в течение следующего года.

— И что, оно произошло? — спросил я, — ну сбылись его предсказания?

— Ты будешь смеяться, но да… почти все, за одним исключением… да и то, это исключение касается этого вот месяца уже.

— И что это за исключение? — заглотнул крючок Гриша, а я добавил, — а что сбылось, это тоже интересно?

— Отвечаю сначала на твой вопрос, — указала Вера пальцем на меня, — мне повысили зарплату на службе…

— А ты разве не хозяйка этот салона? — не смог не задать такого вопроса я, — не сама себе оклад устанавливаеш?

— Ну что ты, — усмехнулась она, — до владельца бизнеса я еще не доросла… а еще в феврале случился большой скачок вниз на бирже, акции Магнита и Сбера здорово упали, а я успела вывести средства в кэш, а потом закупилась по низким ценам, почти вдвое капитал увеличила.

— Ничего себе, — синхронно произнесли мы с Гришей, Тамарка промолчала, а закончил я один, — ты просто биржевой делец какой-то, как этот… Уоррен Баффет.

— До Баффета мне еще далеко, — тряхнула она головой, — но я стараюсь. И еще с мужем разошлась именно в тот месяц и день, что напророчил этот хмырь с болота.

— Ну это ты, допустим, могла непроизвольно подогнать ситуацию под его слова, — заметил я, — но ладно.

— Он сказал, что я умру в сентябре этого года, но этот срок уже прошел, — просто сообщила она.

— Мдаааа, — протянул я, — не хотел бы я с таким прорицателем встречаться… ну их в болото такие предсказания.

Но тут ожил телефон, призывно затренькав на всю округу — волки на другой стороне ямы аж подпрыгнули в воздух, но быстро успокоились.

— Иван? — спросил меня знакомый голос.

— Так точно, он самый.

— Вот какая штука, Ваня, — продолжил он, — мы сейчас находимся в Подгородецком санатории, и тут все в порядке.

— Ни хрена себе, — растерялся я, мои напарники тоже, — а где вы там стоите, в этом санатории?

— На центральной площади, — ответил капитан, — слева вход в столовую, справа памятник Ленину, прямо администрация… директор санатория рядом, могу ей трубку передать.

— Передайте, конечно, — попросил я."

"— Алло, — раздался в трубке сиплый прокуренный голос женщины явно за сорок, — с кем говорю.