А сейчас не знаю, что…

— Да, — почему-то сам собой вылетело из меня, — а что значат разные положения руки у Ленина, можешь сказать? Или тоже секрет?

— Почему, — пожал плечами Михаил, — это как раз абсолютно открытая информация — положение ленинской руки показывает состояние защитного барьера вокруг этого места. Если она поднята вверх, значит, барьер включен, если опущена вниз — барьер выключен.

— А если она горизонтальная, как сейчас — тогда что?

— Значит, ведутся какие-то ремонтные работы…

Надо было наверно спросить у него, кто и как этот ремонт там производит, но я не успел, потому что завыла сирена… ну да, самая, что ни на есть, обычная сирена по типу тех, что стоят в системах гражданской обороны и оповещают граждан об экстренной ситуации.

— А это еще что? — спросили одновременно мы с Гришей.

— Ничего особенного, — вторично пожал плечами Миша, — просто у вас там в столовой что-то случилось. Возвращайтесь и все узнаете… железки свои можете здесь оставить, они все равно бесполезные.

— Бежим, — предложил Гриша, а я напоследок все же не преминул сообщить этому небелковому Михаилу, — разговор не окончен — еще поговорим, да?

— Конечно, — раздвинул он губы в подобие улыбки, — всегда рад пообщаться.

Телегу мы все же бросать не стали, ухватили ее за рукоятку в четыре руки и в быстром темпе покатили к входу в главный корпус. Пауков нам по дороге не встретилось, проползли мимо только парочка муравьев, да пролетела бабочка размером с курицу — я проследил их путь, выставив перед собой калаш, но они на нас не обратили никакого внимания. Добрели до памятника, по-прежнему зорко контролируя обстановку вокруг.

— Гляди-ка, — показал Григорий пальцем на Ильича, — рука опять поднялась…

— Значит, они там что-то починили, — вывел логическое построение я, — и какой-то там барьер опять работает.

— Бред собачий, — потряс головой Гриша, — тебе не кажется, что он нам скормил лютую дезу?

— Кажется, — не смог не согласиться я, — однако первым делом надо бы узнать, что там у нас произошло. А об остальном позже побеседуем.

На наш стук в дверь она сразу же распахнулась — на страже в дверях стоял Афоня, держа в руках красный огнетушитель.

— Что случилось? — хором спросили мы оба.

— А как вы узнали об этом? — справился он.

— Так сирена же завыла…

— Аааа… — он отставил огнетушитель в сторону, — а я как-то и не заметил, что что-то там выло… а что у нас случилось… так Тамарка Игната застрелила, больше ничего…

— Насмерть? Из двустволки? — спросили мы с Гришей одновременно.

— Из двустволки, точно, — кивнул Афоня, запирая входную дверь, — а вот насчет насмерть или как, сейчас идут разбирательства — Анвар там за главного.

— А за что она его? — все же задал я еще один вопросик, прежде, чем мы вошли в столовую.