Сразу вспомнилось: толстяк Федор, свара, чуть не изнасилованная Айка…

— Солдаты должны были затеять свару, а тем временем другие прикопали ящики с этими… «игрушками» неподалеку.

«Знаешь, что бывает с теми, кого не забирают в течение трех дней?» Их расстреливают, догадался тогда я. А совсем обреченных легко купить на возможность жить: сделают все, что потребуют. Заговор ширился. Вербицкие сделали все, чтобы обратиться в моих личных врагов…

— Ты говорила, что невозможно воздействовать магией на объекты большой плотности.

Она возмутилась.

— Нет! Я говорила, что для такого требуется немало магической энергии! У меня столько нет.

— А у него, значит, есть?

— Нет. Но если собрать очень-очень много магов, можно воплотить подобное.

— И все пятеро выживших — не-в-рот-пинаться какие колдуны, да?

Вновь потрясла головой.

— Нет же… для того чтобы создать заклинание, нужно много сил. Но вот чтобы сломать печать заклинания — в разы меньше. Можно создать… специальные… амулеты.

Она как будто выдумывала на ходу. С трудом удержался от того, чтобы наградить ее пощечиной.

С другой стороны, я самолично видел, как Скарлуччи раскидывал магические мины — что, если это те самые печателомы, о которых она говорит? Гадать не хотелось.

— И сколько у него техники на территории части?

Замолчала. Холодный ствол дробовика, что сжимала Старшенькая, тут же коснулся ее непослушной головы, велел быть сговорчивей. Хромия сглотнула, зажмурилась, по щекам покатились бороздки слез.

— Я не знаю! Не знаю, не знаю, не знаю!

Пощечину все же отвесил, заставил умолкнуть. Лишний шум нам ни к чему.

— Как Виту удалось провернуть все это? Почему никто не сделал ни единого выстрела? Магия?

Хроми попыталась справиться с самой собой, подняла на меня взгляд.

— Он… умеет убеждать. Почти что ваша разлюбимая Бейка, только с царенатской стороны. Мне объясняли: что он, что она — командующие, одинаковые по классу. Их голоса звучат на особой волне.

— Что за бред?

Возмутился, но вспомнил: Бейка не хотела, чтобы я читал описание ее класса. Воззвал к знаниям Ириски, но та лишь покачала головой. От сети мы отрезаны глушилками, а в ее блоке памяти на этот счет никакой информации…

— Чува дело говорит, — заступилась за пленницу Сейрас.

 — У Бейки что-то с голосом. Ты ту шнягу с имитатором придумал, это да. Но когда Бейка рядом, когда говорит — все это чувствуют.

— А сейчас решили поднять лапки?

— Потому что нету того, что вселяет в них прежнюю надежду. Их словно выкинули из теплой ванны на мороз.

— А… вы?

— Ты с каждой из нас в комнате спал, чувак. Трахинг-пердакинг и прочие ништяки.