– Какая же вы, право, красивая пара! – в шестой раз за последние десять минут произнесла госпожа Круповицкая, со всех сторон оглядывая Гурова и Марию.

В загородный дом Круповицкой они успели вовремя. Екатерина Николаевна ждала их в саду. После официальных приветствий она предложила гостям прохладительные напитки и, пока молоденький парнишка, выполняющий роль то ли официанта, то ли прислуги, готовил их, не переставая, восхищалась гостями.

– Вы нас смущаете, Екатерина Николаевна, – явно довольная похвалой, всякий раз твердила Мария.

Гуров наблюдал за женой и не узнавал ее.

Откуда вдруг это дикое желание угодить стареющей певице? Для чего эти официальные обеды чуть ли не с переодеванием? В конце концов, он списал странное поведение жены за счет волнения перед премьерой. Мария и раньше в таких случаях вела себя странно. Видимо, это новый бзик, успокаивал он себя."

"– Смущаться тут нечему, дорогая. Если мужчина и женщина хорошо смотрятся вместе, это всегда приятно. Как удачная картина, – продолжала Екатерина Николаевна. – А вы, молодой человек, увлекаетесь искусством?

Вопрос был адресован Гурову.

Он галантно поклонился и вежливо ответил:

– Если увлечение супругой можно назвать искусством, то да.

Мария залилась краской, а Екатерина Николаевна рассыпалась серебристым смехом.

– Чувство юмора – это прекрасно, – отсмеявшись, заметила она. – Особенно удивительно слышать стоящую шутку из уст человека вашей профессии. Мария сказала, вы занимаетесь расследованием убийств, верно?

– По мере сил, – ответил Лев. – Кстати, убийством вашего знакомого, господина Штейна, занимаюсь именно я.

– Ужасная трагедия, – не меняя выражения лица, произнесла Екатерина Николаевна.

 – Такой молодой, такой перспективный, и вдруг это. Врагу такого не пожелаешь. Нас с Альбертом связывали довольно теплые чувства. Но это было очень давно. В последнее время мы редко виделись. Альберт был чересчур занятой человек, все свое время отдавал работе. Впрочем, как и я. Среди людей творческих профессий такое часто встречается, но вы и сами наверняка знаете об этом не понаслышке. Вашей жене это уж точно знакомо.

Вернулся парнишка с подносом, заставленным кувшинами с различными напитками и стаканами.

В кувшинах плавали фрукты и кусочки льда. Беседа прервалась. Пока парнишка оделял всех напитками по вкусу, Гуров наблюдал за Екатериной Николаевной. Актрисой она была хорошей. Ни один мускул не дрогнул на лице, когда он заговорил о Штейне. Но вот в глазах… В глазах промелькнула и исчезла непритворная боль. Неужели ему удалось найти человека, способного испытывать к Штейну теплые чувства? До этого момента Гуров считал, что такого человека не существует в природе.