Иисусе, что же теперь делать? А он самонадеянно похвастался, будто ничто не сможет рассердить или шокировать его! Но разве он мог предположить, что незнакомец так сладострастно будет описывать издевательства над несчастной жертвой?

Ненавидь грех, а не грешника…

– Постепенно я вошел во вкус, – сообщил безумец.

– И скольких женщин вы убили?

– Миллисент была первой. Были и другие романы, и стоило' моей возлюбленной разочаровать меня, приходилось причинять ей боль, но я никого не убивал. Правда, после того как я встретил Миллисент, все изменилось. Я долго следил за ней и все сделал идеально.

До сих пор он говорил спокойно, но теперь сорвался на рык.

– А потом она предала меня, совсем как те, другие. Воображала, что может обманывать меня с другими мужчинами, а я настолько слеп, что ничего не замечу! Я не мог позволить ей терзать меня! Пришлось наказать ее.

Он шумно, раздраженно вздохнул и, злобно хмыкнув, пояснил:

– Я прирезал сучонку год назад и похоронил глубоко, так глубоко, что никто и никогда ее не отыщет. И теперь обратной дороги нет. Нет уж, сэр. Я и понятия не имел, как будоражит душу и волнует убийство. Заставил Миллисент молить о пощаде на коленях! И, клянусь Богом, она подчинилась. Визжала, будто свинья, и эти вопли до сих пор греют сердце. Я возбудился, возбудился так, как никогда в жизни, поэтому, чтобы продлить удовольствие, был вынужден помучить ее еще, вы меня понимаете? Когда я покончил с ней, радость несла меня как на крыльях. Что же вы молчите, отец? Почему не спросите, раскаиваюсь ли я в своих грехах?

– Я и без того вижу, что нет.

Удушливая тишина вновь наполнила исповедальню. И снова этот голос змеиным шипением вполз в тесную каморку:

– Жажда вернулась.

По телу Тома побежали мурашки.

– Есть люди, которые могут…

– Считаете, что меня нужно упрятать под замок? Я наказываю только тех, кто предает меня. Как видите, я не закоренелый преступник. Но вы считаете меня больным, не так ли? Мы на исповеди, отец. Вы обязаны сказать правду.

– Да, я думаю, вам следует пойти к врачу.

– О, вряд ли. Я всего лишь человек убежденный и преданный идее."

"– Но я уже упоминал о людях, которые могут вам помочь.

– Я настоящий гений, знаете ли. Не так-то легко мне помешать. Всесторонне изучаю клиентов, прежде чем ими заняться. Узнаю все о семье и друзьях. Да, теперь нелегко меня остановить, но на этот раз я решил усложнить себе задачу. Видите? Я не желаю грешить. Правда, не желаю.

Опять эти мелодичные переливы.

– Послушайте, – заклинал Том, – пойдемте со мной туда, где мы сможем спокойно посидеть и поговорить. Я пытаюсь помочь вам. Если вы только позволите…

– Нет. Помощь мне требовалась раньше, но священник отказал, помните? Дайте мне отпущение.

– Ни за что.

Незнакомец тяжело вздохнул.

– Прекрасно.